Примечания автора:
– Смотри, летят.
– Чего? – я прекратил оттирать тряпкой очередное пятно на камне и повернулся к Гану.
– Да вон же, – протянул он руку и показал куда-то в небо.
Уставившись в направлении, указанном напарником, я, наконец, заметил чёрные точки на фоне облаков.
– А кто это?
– Драконьи всадницы, – пояснил парень. – Повезло, что мы сегодня на стене работаем, сможем получше их разглядеть.
Ничего себе! О драконах я слышал немало историй, но вживую не видел никогда. Картины и полотна, в изобилии развешанные в коридорах дворца, не могли передать и десятой доли ощущений, которые испытывал человек, наблюдавший драконов. Во всяком случае, так говорили те, кому повезло увидеть драконов не только в виде рисунков на холсте. Ну и конечно, драконьи погонщики – про них я вообще ничего не знал, эта тема, в отличие от самих драконов, почти не обсуждалась. На тех же картинах они изображались в виде закованных в броню людей, иногда с магическими посохами – вот и всё. Надо будет Гана расспросить потом об этом.
Драконы, между тем, стремительно приближались. Уже можно было рассмотреть детали: гигантские крылья, огромную голову, хвост, хищные лапы. Оказывается, они по-настоящему огромные, не меньше нескольких десятков метров в длину. На рисунках их размеры как-то не воспринимались, а вот тут сразу видно – настоящие чудовища. И все разных цветов, под стать той стихии, к которой принадлежали. Вон огромный красный – это огненный, а вон сравнимый с ним синий – ледяной. Ещё один был золотистого цвета, про него я ничего не знал. Но самым большим был чёрный, принадлежащий к стихии смерти. Про таких драконов ходили просто какие-то невероятные истории, из которых решительно невозможно было понять, что драконы умеют по правде, а что приписала им народная молва.
Задрав головы, мы с Ганом смотрели, как драконы пролетают мимо. Нам действительно повезло – место на крепостной стене, где мы находились, было совсем недалеко от площадки, на которую приземлялись драконы. Так что повелителей неба мы смогли рассмотреть во всей красе, они пролетели от нас буквально в паре сотне метров. Наездников, правда, видно не было – они сидели в сёдлах на шеях, углядеть их снизу никак не получалось.
– Ого! – не смог сдержать я эмоций, когда поднятый крыльями ветер дошёл до нас, чуть не сбив с ног.
– А то! – хвастливо подтвердил Ган, будто лично командовал драконом, создавшим воздушную волну, а не стоял с метлой в руке, которой чуть раньше подметал мусор.
Ещё с минуту я постоял, глядя в сторону драконьих башен, а затем, вздохнув, снова взял в руки тряпку. Драконы драконами, а стена сама себя не отмоет. Последняя тёмная буря была очень сильной, оставив множество следов. Вечером придёт проверяющий, если увидит грязь, лишит ужина. А если не в духе будет, велит плетей всыпать. Мне ещё ни разу не попадало, я работаю очень старательно, но вот другим периодически доставалось за их лень и расхлябанность. Даже девчонок-служанок не жалели. Правда, чтобы женщина получила плетей, она действительно должна была хорошенько накосячить. Мужчин и парней пороли за куда меньшие провинности. Но стоит отдать должное руководителю службы дворцовой обслуги – просто так никого не трогали и невыполнимых заданий не давали. Так что если хорошо работать и не попадаться на глаза аристократам, которым не надо попадаться, ничего тебе не грозит.
– Слушай, Ром, у меня тут идея появилась, – мой напарник воровато огляделся по сторонам. – Давай на всадниц поближе посмотрим?
– Чего?! – поразился я, а затем покрутил пальцев у виска, показывая своё отношение к идее приятеля. – Ты совсем уже того? На виселицу захотел? Забыл уже, что простолюдину за разглядывание благородных грозит, тем более женщин?
– Да не будет ничего, – убеждённо возразил Ган. – Это же не какие-нибудь там придворные дамы, а всадницы.
– Так что, они не женщины что ли, или не благородные? – сделал я ещё одну попытку образумить парня.
– Почему, очень даже благородные. Но всадницы же.
Видя, что подобное объяснение меня как-то не удовлетворило, Ган начал рассказывать подробно:
– Ну, вот смотри, ты видел когда-нибудь аристократов, которые обращают внимание на слуг?
– Да не особо. Они нас, по-моему, и за людей-то не считают. Если только какую-нибудь служанку покрасившее за задницу ущипнут или попользуют.
– Вот именно, за людей не считают. И это обычные аристократы, а тут – всадницы. Если просто благородные, покривившись, хоть как-то, но общаться с нами будут, если нужда припрёт, то для всадниц мы просто не существуем.
– В смысле, не существуем? Они слепые, что ли? – удивился я.
Может правда слепые? Если слепые, то понятно, почему на картинах их всегда в шлемах с закрытым забралом рисуют.
