– Держи, она уже готова, – отрапортовала она, сбрасывая на пол безвольное тело, в котором я с ужасом узнал Эльзу. Девчушка была жива, но никак не реагировала на происходящее, смотря в потолок отсутствующим взглядом. Похоже, её тоже чем-то опоили, как и меня несколько минут назад.
– Зачем же ты так? – неодобрительно покачала головой вожачка, после того как малышка ударилась о доски. – А вдруг она зашибётся и умрёт раньше времени?
– И какая разница? – непонимающе уставилась на неё та. – Он её всё равно прикончит.
– Ну, так и что? – возмутилась Кэтлин. – Что же мы теперь, должны Роману мертвячку подложить? Где твоё воспитание и моральные ориентиры? Разве этому тебя учили госпожи всадницы?
– В том самом месте моё воспитание, – проворчала силачка, поднимая Эльзу с пола и перекладывая на диван. – Ничего бы с ним не случилось. Она ещё теплой будет.
– А обо мне ты подумала? – всплеснула командирша свободной рукой. – Мне совсем неприятно будет смотреть, как он её мёртвую берёт.
– Доиграешься когда-нибудь. Дело надо делать, а не развлекаться, – недовольно сказала её собеседница.
– Ничего, одно другому не мешает, – ответила Кэтлин и наклонилась ко мне: – Хочешь узнать, что дальшес тобой будет?
Я кивнул, хотя уже обо всём догадался. Хотят, чтобы я Эльзу изнасиловал. Скорее всего, какая-то магия для этого есть, которая позволяет головы дурить. Несколько минут назад Кэтлин на меня уже успешно воздействовала.
– Первая часть тебе должна понравиться. В ней красавица и чудовище соединятся в страстных объятиях, – начала Кэтлин, намекая на знакомство с рассказанной мною сегодня историей. – А вот вторая, боюсь, будет трагичной: сколь бы не целовала наша Белль чудище, прекрасным принцем оно не станет. Мало того, чудище даст волю своей звериной натуре и разорвёт Белль на части.
Значит, они подслушивали. Может, даже в этой комнате где-то затаились. Или у них есть соратницы, ведь ни одной из трёх на посиделках точно не было. Куда Наррита вообще смотрит? У неё тут террористки под боком целое подполье организовали.
– Ты ошибаешься, – помотал головой я. – Не буду я Эльзу убивать, хоть что со мной делай.
– Тут ошибаешься как раз ты, – улыбнулась девушка. – Будь у нас побольше времени, я бы с тобой так поработала, что ты не только её бы убил, но и себе с радостью вены вскрыл. Увы, действовать придётся по-другому, – Кэтлин достала из кармана ещё один пузырёк с жидкостью, но на этот раз алого цвета: – Видишь? Боевое зелье, его воины во время битв используют. Если немного хлебнуть, то появится ярость, а страх уменьшится. Очень полезно для боя. Однако если выпить побольше, то человек на время разум совсем теряет. И хочется только одного – калечить и убивать. Так что сначала ты её снасильничаешь, а потом прикончишь. Правда, здорово придумано? – радостно поинтересовалась она у меня.
– Так нельзя, – прошептал я, осознав, наконец задуманное. Даже во время жизни у барона я с таким не сталкивался. Там тоже случалось всякое: и пороли слуг, и парочка убийств была, и против воли служанок иногда брали. Только при этом все понимали: они действуют по закону силы.
– Кто ж нам запретит? – подмигнула Кэтлин. Затем она покрепче перехватила мою шею правой рукой, левой прижимая руки к телу, и скомандовала подельнице: – Лей.
Та подошла к нам и взяла у предводительницы пузырёк, зажав мне нос. Воздуха сразу перестало хватать, так что зелье они в меня влили без проблем.
– Твари… – прохрипел я, тщетно пытаясь вырваться из захвата. – Вы не люди…
– Ну-ну, не нужно ругаться, всё равно у тебя не получается,– чуть насмешливо сказала та, что назвала себя Кэтлин. Хотя вряд ли это имя было её настоящим. – Потерпи, совсем немножко осталось. Смотри, какая у тебя скоро красивая девочка будет, – кивка я видеть не мог, но почувствовал, как моя противница указывает на Эльзу. – Тощевата, правда, но у нас тут не бордель мадам Жульен, выбирать не приходится.
– Я пошла? – силачка отпустила меня и отошла к двери. – Времени мало совсем, скоро действовать начнёт. И эту, может, искать ещё придётся.
– Не придётся, всё рассчитано. На месте ноченька наша, сегодня с документами в главной башне работает.
Ноченька? Какая ещё ноченька, нет у нас никакой ноченьки. Или… или они это о Наррите, которую Полночью прозвали? Но тогда девахи совсем отчаянные, если так главу всадниц называют, да ещё и будто об обычной женщине речь идёт. Наррита вроде бы бессмысленную жестокость не одобряет, но за подобное пренебрежительное обращение любому голову снесёт. Такие оскорбления только кровью смываются. Бывали случаи, целые рода вырезали из-за неловко сказанных слов.
– Смотри, глазищи-то как вытаращил, – хрипло рассмеялась силачка, заметив моё удивление.
– Ага, – хихикнула в ответ Кэтлин. – Роман у нас до сих пор думает, что никого сильней всадниц в мире нет и все в страхе разбегаются, только их увидев.
– Да, легенды они о себе очень стараются поддержать, – в голосе здоровячки появилась лютая ненависть. – Всё, пошла я.
– Я помашу фонарём, когда время настанет.
