Кёну оставалось только удивляться, как это Астарте удалось сюда пробраться. Похоже, у суккубов есть какая-то техника, позволяющая проходить сквозь сигнализационные барьеры, ведь тут они установлены чуть ли не на каждом шагу.
Наконец, открылась заветная толстая железная дверь.
В ухоженной тюремной камере на толстых цепях была подвешена прекрасная бледнолицая девушка с внешностью очаровательного чертёнка. На ней было то самое идеально гармонирующее с её тёмными вьющимися волосами платье тёмных тонов, которое ей подарил Зосим в первый день их знакомства. В глаза сразу бросились стройная фигурка, тонкая талия и небольшая грудь. Она напоминала прелестную куколку.
Когда дверь отворилась, Лейла подняла голову, и её измученный взгляд застыл на юноше.
{Какая красивая…} — поразилась Эльза, смотря в большие чистые глаза девушки, напоминающие песчаные вихри, способные поглощать вселенные. Такие симметричные и нежные очертания лица могли принадлежать только богине.
Кёна охватила целая буря эмоций, и он тут же ринулся к Лейле.
Глава секты заговорила слабым голосом: «Нет… Не подходи! Если ты подойдёшь, то твоя голова…» — не успела она договорить, как юноша заключил её в объятья. Перед глазами пленницы пролетела вся жизнь, когда она вдруг с облегчением осознала, что Ева её обманула, и формация, которая должна взорвать Кёну голову — фальшивая.
«Я пришёл спасти тебя, Лейла. Мне больно видеть твои страдания. Хоть ты и глава секты Танца, я всё ещё вижу в тебе свою вредную капризную дочурку, любящую мармелад и мультики.» — голосом Зосима произнёс Кён, вдыхая знакомый аромат девицы.
В крепких объятьях юноши, пахнущего совсем как “папа”, Лейла почувствовала такое тепло, нежность, заботу и любовь, будто её обнимает настоящий отец по имени Зосим, а не какой-то паршивец, использовавший её в своих целях, когда она была беззащитна.
От этих мыслей все тревоги улетучились, и на душе стало так легко и спокойно, будто она сейчас дремлет в тёплой постельке, а отец скоро принесёт ей горячее какао и, чмокнув в щечку, скажет идти принимать душ и чистить зубы.
В разуме проносились самые яркие эпизоды её жизни в роли дочки Зосима: спасение от злых дядей в харчевне; знакомство с безумным Ромео; мультики, фильмы, сериалы, игры, книги…; прогулки по городу, походы в музеи, театры, зоопарки, магазины сладостей; совместные незабываемые тренировки, встреча с демонами и заслуженная порка… знакомство с Валирой, ревность Зосима к ней, договор с Евой по совместному соблазнению, любовные переживания и бесчисленные попытки охмурить папу, а затем его внезапное исчезновение и её возвращение в блеклую скучную жизнь главы секты.
Лейла невольно сомкнула веки, и в уголках глаз образовались слезинки тоски по потерянным временам. Когда она в последний раз пускала слёзы? Сотни лет назад.
Эльза неловко переминалась с ноги на ногу, слушая о том, как Кён, находясь на расстоянии вытянутой руки от пленницы, ласково общается с ней, вспоминая самые яркие эпизоды их совместной жизни. Оказывается, они через многое прошли вместе… Блондинка завидовала. У неё с братом гораздо меньше хороших воспоминаний. Теперь стало понятно, почему он так бережно относится к Лейле и так жаждет её спасти.
На самом деле текущая ситуация казалась совершенно абсурдной. Юноша нежно шепчется с 320-летней мудрой главой секты, как взрослый дядька со своей любимой дочкой, и при этом она не возражает — лишь молча слушает его, и одной богине ведомо, о чем она при этом думает. Впрочем, из-за её юной девичьей внешности, со стороны это больше походило на встречу влюблённых.
Лейла прервала своё долгое молчание: «Ты мне ничего не должен. Уходи.» — её голос был холоден и властен, что совершенно не свойственно для столь очаровательной молодой девушки, при этом он ласкал слух своей мелодичной тональностью, будто на ушко шепчет ангел.
Кён решительно покачал головой: «Нет, я уже всё для себя решил: я одолею всех на турнире и в обмен на благословение попрошу богиню Персефону сделать тебя моей слугой. Только так демоны поймут и примут моё решение оставить в живых их заклятого врага, а я смогу спасти тебя. Ты не будешь казнена, потому что я не позволю.»
Лавра несколько смущала и тревожила вероятность того, что богиня может наложить на Лейлу подчинительную формацию, тем самым сделав её рабыней, принадлежащей только ему. От одной мысли о последствиях такого исхода становилось неловко.
«Богиня демонов убьёт тебя… Ты умрёшь смертью последнего глупца. Зачем ты вообще пытаешься спасти того, кого даже толком не знаешь? Я не просила тебя о спасении.»
«Мне не требуется разрешение, чтобы спасти жизнь дорогого мне человека.»
Лейла разозлилась: «Ты неразумный мальчишка! Как ты вообще смеешь относиться ко мне как к дочери?! Ты мне в правнуки годишься! И мы с тобой почти враги! Я убила бы тебя, если бы Ева меня не остановила!»
