Бородуло спокойно встретил её взгляд.
– Нет, не моя. Я действовал по указанию Казявичуса. Это он отдал приказ доставить вас в Ксенополию. Алина выполнила свою часть, а моя организация обеспечила успех операции.
Кирилл долго молчал, обдумывая услышанное. Наконец он заговорил, его голос звучал ровно, но твёрдо:
– Значит, Казявичус счёл, что моё присутствие здесь важно. Для чего? Чтобы использовать меня как символ? Инструмент? Или просто как пешку в своей игре?
Бородуло не отвёл взгляда, его лицо оставалось холодным, но внутри, казалось, шла своя борьба.
Бородуло слегка прищурился.
– Поначалу – как инструмент. Казявичус считал, что ваш статус и влияние в вашей реальности могут быть использованы для управления нашим обществом. Пророк из другого мира – звучит как идея, способная вдохновить.
Рита фыркнула, её голос зазвучал с сарказмом:
– Вдохновить? Вы серьёзно? Вы думаете, что можно просто похитить человека и заставить его играть по вашим правилам?
– Это была часть плана, – спокойно ответил Бородуло, глядя прямо на неё. – Но, как вы видите, планы имеют свойство меняться.
Кирилл встретил его взгляд, его голос стал резче:
– Вы говорите, что это было частью плана. Но вы не учли, что я могу не захотеть быть частью вашей игры.
– Мы это учли, – невозмутимо ответил Бородуло. – Но риск был оправдан. Ваше появление уже изменило динамику. Люди смотрят на вас, слушают вас. Вы стали тем, кем вас хотели видеть, – символом.
Кирилл поднялся, его фигура выглядела внушительно в холодном свете зала.
– Символом чего? Беспомощности вашей власти? Или хаоса, который вы не способны контролировать? Вы думаете, что можете использовать меня, но не понимаете, что я действую по своей воле.
Бородуло медленно поднялся. Его взгляд оставался холодным, но в нём мелькнуло что-то вроде интереса.
– Ваша воля? – переспросил он. – Хорошо. Покажите её. Если вы действительно способны что-то изменить, докажите это. Но помните: ответственность за ваши действия лежит только на вас.
Рита встала, её голос прозвучал резко:
– Мы не обязаны ничего доказывать. Вы и Казявичус устроили этот спектакль, а теперь хотите, чтобы Кирилл разобрался с вашими проблемами. Но знайте: если он уйдёт, это будет не его проигрыш.
Кирилл бросил короткий взгляд на Риту, затем снова посмотрел на Бородуло.
– Вы говорите, что Казявичус начал эту игру. Теперь я вижу, что вы были её частью. Учтите: я здесь не для того, чтобы исполнять чьи-то приказы.
Бородуло, сидя за массивным столом, долго молчал, словно взвешивая, стоит ли говорить дальше.
– Пророк, – наконец произнёс он, его голос был низким и ровным, но в нём звучала тяжесть. – Если вы хотите понять, с чем столкнулись в Ксенополии, я скажу вам правду. С самого начала, как я возглавил КсеноБе, я знал, что наша страна коррумпирована до самой сердцевины.
Кирилл слегка наклонил голову, его взгляд стал ещё сосредоточеннее.
– Уточните, – произнёс он спокойно.
Бородуло скрестил руки на груди, его тон стал твёрже.
– Я знаю обо всём. Глава Ксенонефти продаёт нефть налево, отправляя танкеры под фальшивыми документами. Он получает миллиарды, которые оседают на его счетах за границей.
Рита хмыкнула, но ничего не сказала.
– Руководитель Ксеногаза позволяет незаконные врезки в трубы, – продолжал Бородуло, – чтобы поставлять газ мимо официальных линий. Это приносит ему доход больше, чем бюджет некоторых наших регионов.
Кристина нахмурилась, но молчала.
– Начальница Ксеносекса обеспечивает проститутками практически всех чиновников страны. За хорошую взятку, конечно. Её клан работает, как часы, снабжая "специальными услугами" тех, кто принимает решения.
Кирилл вздохнул, его голос прозвучал с горечью:
– Если вы знаете обо всём этом, почему ничего не предпринимаете? Вы же глава КсеноБе, организации, которая должна бороться с этим.
Бородуло посмотрел на него с холодной усмешкой.
– Потому что в Ксенополии порядок держится на этой коррупции. Если я арестую главу Ксенонефти, остановятся поставки нефти – его заместители ещё хуже. Если убрать руководителя Ксеногаза, страна останется без тепла. Если закрыть Ксеносекс, аппарат власти начнёт шататься, потому что эти люди привыкли к своим "особым" услугам.
Кирилл сжал кулаки, но сдержался.
– Вы хотите сказать, что ничего нельзя изменить? Что всё зависит от этого гнилого порядка?
Бородуло кивнул.
– В Ксенополии всё связано. Убери один элемент, и система рухнет. А вы готовы взять на себя ответственность за этот хаос?
Рита не выдержала, её голос звучал резко, наполненный презрением:
– И вы просто смотрите на это? Вы, с вашей властью и ресурсами?
– Я сохраняю баланс, – отрезал Бородуло. – Если я начну рубить этот гнилой лес, система рухнет. Тогда Ксенополия погрузится в хаос, по сравнению с которым нынешняя ситуация покажется стабильной.
Кирилл долго молчал, обдумывая услышанное. Его голос прозвучал низко, но твёрдо:
– Значит, вы – часть этой системы. Вы позволяете ей гнить, потому что боитесь последствий её очищения.