Если я не иду в Ад, то Ад идет ко мне. И почему все демоны решили нарушить мой отпуск? Им тут медом намазано? Кстати, о мёде. Я почти открыл своё кафе. И скоро я стану обладателем пекарни и кафе. Вот только... Почему проблемы всё продолжают искать встречи со мной?! Вы не видите, я занят. Пирожные сами себя не сделают.
Дон кряхтел, как старый дед. Следующая его цель находилась в Пошехонье. Но Дон ошибся. В том городе у графа, причастного к делу Элеоноры и детей, было одно поместье. И сейчас его там не было.
Но Дон не унывал. Он просто вырезал всё поместье. Точнее, сожрал охрану, а непричастных не трогал. Хотя, таких и не было в особняке, если уж на чистоту. Бумаги Дон забрал и даже засмеялся кровожадно, что эти идиоты не смогли скрыть свои дела по-нормальному. Но секретарю это было на руку.
Детей в поместье он не нашёл. Значит, они находились в другом месте. А то, что они там были, Дон уверен на сто процентов. Если у барона они были, то чем граф хуже? Конечно, ничем. Только тем, что ещё жив. Но секретарь планировал исправить это упущение.
До Рыбинска Дон добрался быстро. Намного быстрее, чем до Пошехоньи. Его двигала вперёд любовь. И мало кто мог встать у него на пути, а если такие и были, то он бы посмотрел на этих смельчаков.
И вот Дон летает над графом. Сапрыкин уже обоссался, когда весь его кабинет оказался окутан тьмой. Но Дон не собирался разделываться с ним быстро. Сначала он откусил графу ногу. И этот пёс заскулил. Следом была откушена ещё одна нога. Дон мог рассеять тело Сапрыкина в мгновение ока. Вот только не хотел.
Детей демон нашёл. И они были в более плохом состоянии, чем у барона. Поступил он с ними так же, дав булочку сна. И сейчас можно было с удовольствием наблюдать, как подыхает мерзкая псина. Собаке собачья смерть.
Когда у графа не осталось конечностей, он мог лишь скулить и ползать, как червь, в попытках избежать своей участи. Да, червь. И Дон съест его так, всё вокруг обрызгав кровью, чтобы оставшийся змеюшник понял. Их постигнет та же участь.
— Зря ты начал торговлю детьми, — прошипел Дон потусторонним голосом. — Твоя душа останется у меня. И я устрою ей такие приключения, что в следующей жизни, если она когда-нибудь настанет, ты будешь святошей. Хоть мы с господином на дух их не переносим…
Червь умер. А Дон отправился в Ярославль, ускоряясь по мере возможностей. Князя Воронцова постигла та же участь. Червь. Они были жалкими беспозвоночными и не могли дышать тем же воздухом, что его господин и любимая Элеонора.
Но Дон только сейчас понял об одной проблеме, когда закончился свой кровавый поход. Секретарь убил за один день столько людей, что нехило так насытился. Но проблему это не решало. Она заключалась в другом.
Что делать с детьми?
Как-то об этом он совершенно не успел подумать. И возвращаться к Феру Дон боялся после такого. Оставалось уповать на то, что господин не будет ругаться и сможет решить эту проблему. Тем более, дети были спрятаны и очень хорошо. Никто из людей не найдёт их. А сон у детей будет таким крепким, что они и не поймут, что случилось.
— Чёрт… Меня по головке не погладят. Если только Элеонора. Уж она точно будет рада. Ах, моя Элеонора… Я уже соскучился.
Дон надеялся, что Фер сейчас сильно занят. Если господин веселится, то секретарь даже не будет бурчать, потому что, кажется, он сделал что-то не так.
— Значит, мы справились…
Главный идиот хрипит в моих руках, но не боится. Наоборот, в его глазах я вижу экстаз. Даже рука не поднялась сразу убить его. Как можно было вообще додуматься до того, чтобы попытаться вызвать повелителя ада⁈ Они с головой не дружат? Хотя, о чём это я? Конечно, не дружат. Только полные идиоты могли считать, что, вызвав меня или брата, они остались бы в живых. И вообще эти фанатики в курсе, что повелителей ада два? Вроде люди считали, что король один.
Представил, как вызвали братца, и хрипло рассмеялся. Город бы не выстоял. Никто бы не выжил, а место моего отпуска превратилось бы в выжженную пустыню, которая восстановилась бы лет через… Через тысячу, наверное. Зная нрав брата, могу предположить, что даже дольше.
Вспомнил брата и скривился. Звонить ему не буду. Сам наберёт, а то я слишком часто думал о нём в последнее время. Так пусть уж соизволит. А то тут всякие фанатики… Подумал о фанатиках, и в голове мелькнула мысль.
Хм, по идее, человек, которого я держу за горло — главный. И раз он так меня боготворит, то должен сообщить и кое-что другое.
Я не забыл, как нашёл ту записку. И сильнее, чем убить всех этих полоумных, мне нужно узнать местоположение того, кто оставил то послание. Я не смог найти его даже с всевидящим оком. Странно. Или он находится в том месте, где защиты так много, что око не смогло найти с первого раза, или же здесь было спрятано что-то другое.
Злость начала поглощать целиком. От меня так просто не скрыться. Сегодня же я найду того, кто затеял всё это. Хватит с меня чёрных. Они увидят повелителя во всей красе, раз того желали. Я устрою это в ближайшие минуты.
— Где ваш предводитель? — спрашиваю я главного, который уже закатил глаза. Эй, ещё рано умирать. — Где?
