— Нет, он просто игрок. Кстати, парни ведь не обсуждают подобную чушь?
Когда я расправляюсь с кукурузными хлопьями, внутри возрастает разочарование. Я бы хотела, чтобы он был чуть более уязвимым, тогда я смогла бы проникнуться к нему небольшой симпатией.
ГЛАВА 6
НЕСС
Работать в call-центре — все равно, что быть бройлерной курицей. В начале смены нас загоняют в кабинки, подключают наши телефоны и отдают на милость автоматизированной телефонной службе. Флуоресцентные огни раздражают глаза, а терморегулятор внутри здания без окон еще и высушивает их. Все строго по графику: обеденные перерывы, перерывы на кофе и даже походы в туалет. Мы одна команда. С целями. Это должно создавать командный дух, однако в целевых продажах и встречах заинтересовано только начальство. Большинство из нас просто хочет поскорее разделаться со сменой и пойти домой.
Постепенно Эбби стала более внимательной. Вот уже две недели она не притаскивает в дом половину кампуса, так что я могу выспаться. Друзей, которые засоряли помещение после того, как я заканчивала работу, тоже стало меньше, в основном лишь Мэтт и несколько приятелей. Эвана среди них не было, и это вызывало во мне смешанные чувства. Я могла разложить по полочкам мысли о нем, пока его не было рядом, но та тщательно подавляемая часть меня, что испытывала к нему сексуальное влечение, жаждала увидеть его снова. Дура.
Даже при наличии дополнительных часов для сна дни, подобные этому, ужасны. Вечерняя смена плавно перетекла в утреннюю. Практически двойная смена. Я не в настроении, и у меня есть несколько по-настоящему сложных клиентов.
Во время обеда (тридцать минут) я сижу в одиночестве и листаю журнал. Я работаю в call-центре месяц и пока не устроена официально. Из-за акцента половина команды думает, что я студентка, и избегает меня. Отсутствие командного духа и стервозность не смутили меня при поступлении на работу, однако в последнее время враждебность начинает меня беспокоить. Ладно, допустим, что местная рабочая среда не предполагает общения возле кулера, когда ты весь день подключен к телефону. Но ведь общаются же люди во время перерывов и обеда, а со мной все равно почти не разговаривают. Я бы никогда не призналась в этом никому кроме себя, но я жалела о своем поспешном решении устроиться сюда. Зарплата, конечно, хорошая, но я отрезана от других.
Я подумываю накопить денег и отправиться в путешествие. Накоплю самостоятельно и не возьму ни пенни от родителей. Представляю, как взбесится мама, да и меня эта идея немного будоражит. Мне не с кем поехать, и я не уверена, что буду чувствовать себя комфортно, болтаясь по миру в одиночку с рюкзаком за плечами. Голову затуманивают нерешительность и стресс, так что я перестаю думать о том, что сделаю. Вот, что бывает, когда твоя жизнь распланирована с рождения. Отступишь от этого плана — и карточный домик развалится.
— Тебя хочет видеть Джули. — Женщина средних лет с отвратительной завивкой и с плохо сходящейся на груди блузкой смотрит на меня исподлобья.
— Джули?
— Да. — Она отходит.
Я проглатываю остатки мутного безвкусного кофе из пластикового стаканчика и выкидываю его в мусорную корзину по пути из столовой.
Свои офисы есть только у начальства. Несколько огороженных коробок по краям птицефермы. Офис Джули обклеен слоганами по тимбилдингу, таблицами продаж и лицами лучших работников месяца, мрачно смотрящими с цветастых сертификатов.
Джули ждет внутри, и я взгромождаюсь на предложенное сидение. Ее стол усеян фотографиями детей, а на стенах висят школьные рисунки.
— Ванесса, — произносит она и улыбается.
Джули тощая, слишком тощая. Ее яркие светлые волосы тщательно уложены, а на тонких губах красуется красная помада. Из-за густого макияжа я затрудняюсь сказать, сколько ей лет. Но теперь, будучи ближе к ней, я не могу не восхититься ее гладким лбом без единой морщинки и прихожу к выводу, что она колет ботокс.
— Итак, как тебе работается с нами в команде Дельта?
Всякий раз, когда кто-нибудь произносит эти слова, я представляю нас мчащимися на плоту по бурлящей воде через Африку.
— Вроде хорошо.
Ее фальшивая улыбка свидетельствует о том, что она так не думает.
— Хорошо, хорошо. Я общаюсь со всеми нашими новичками и просматриваю статистику, так что знаю, как обстоят дела. — Она нажимает пару клавиш.
— Какие-то проблемы? — спрашиваю я, ерзая на сидении.
— Только с твоими перекрестными продажами. Скажи, ты каждый раз предлагаешь нашим клиентам ознакомиться с другой нашей продукцией, когда они звонят?
— Обычно, — вру я. По характеру я вовсе не продавец, поэтому всякий раз, когда нужно навязать клиентам ненужную продукцию, меня передергивает.
— Что ж, кажется, тебя стоит поднатаскать в этой области. Мы назначим тебе несколько встреч. Скорее всего, на следующей неделе я поставлю тебя с новичками.
Я мысленно вою. В действительности она сказала мне, что поместит меня в коррекционный класс. Я натягиваю на лицо фальшивую улыбку, которая больше подошла бы ей.
— Конечно, звучит здорово.
