— Меня зовут Ийя. Согласись, это намного короче.
— Да, госпожа. Госпожа Ийя.
— Вот. Уже прогресс. Еще чуть-чуть — и у тебя получится. Так мусс или паштет?
Айре вздохнул.
— Госпожа… Ийя. Я не смогу есть.
— Тогда мусс. Хотя бы несколько ложек. Потому что потом надо пить лекарство.
Он затолкал в себя мусс, оказавшийся, впрочем, вовсе не таким уж и плохим. Даже вкусным, наверное. Ложка, которую ему дала хозяйка, была дорогущей, серебряной, с черенком в виде стебля лилии, начищенным до блеска.
Потом Айре послушно проглотил несколько таблеток, поморщившись от боли в горле, подождал, запрокинув голову, пока хозяйка смажет ему нос чем-то искрящимся из баночки. Лицо тут же стало пощипывать от магии. Хозяйка перебинтовала ребра заново, обернула вокруг упругий корсет и начала отматывать повязку для лица.
— Простите, госп… Ийя. Можно попросить у Вас расческу?
— Может, завтра?
— Если я сейчас не расчешу волосы, то завтра буду похож на пуделя. Вам не понравится.
— А в остальном у нас, значит, все отлично… — пробормотала она, но расческу принесла. Потом наложила повязку на нос и протянула Айре салфетки и коробочку с восковыми на вид капсулами.
— Все. Я иду спать. Это — свечи. Для… ты понял. Свет выключишь, потянув за этот шнурок. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Ийя… — он почти не запнулся.
Утро обрушилось на Ийю грохочущим горным потоком. Она впрыгнула под душ, ткнула Айре банку с паштетом и стакан абрикосового сока, сварила кофе, залив плиту черной пеной, дотащила Айре до уборной, пролила кофе на стол и, сунув Айре в руки горсть таблеток, вылетела за дверь в одних носках. Вернулась с первого этажа, натянула сапоги и опять ушла. Всю дорогу до Штаба она пыталась вспомнить, заперла дверь или нет. Швейцар у двери блеснул золотыми галунами, пропуская Ийю внутрь, в привычный гам и толкотню. Сновали посыльные, стрекотали печатные машинки, кто-то громко звал лейтенанта Ард-Гие, перегнувшись с лестницы. Ийя прорвалось через мешанину холла в коридор, поднялась на третий этаж и с наслаждение захлопнула за собой массивную дубовую дверь, отсекая галдеж. Раздернула парчовые шторы, и мутный солнечный свет залил кабинет. Ийя села за стол, включила лампу и взяла лежащую сбоку папку. Уже через полчаса она поняла, что просто смотрит на разложенные на столе документы. В голове было пусто и тихо, ни одной мысли. Ийя потерла глаза и легла на скрещенные руки.
— Леди Де Виалан?
Ийя вскинулась, чуть не уронив папку.
— У вас все хорошо? — генерал де Эст, высокий, еще не потерявший былой привлекательности мужчина, смотрел на нее насмешливо и понимающе.
— Все хорошо, благодарю вас, генерал.
— Вам нездоровится?
— Нет. Хотя да, наверное, простудилась. Сейчас очень сыро.
— Да, наверняка. Вы выглядите усталой сегодня. Может, вы отдохнете пару дней? Можете взять материалы с собой, просмотрите их дома.
Ийя изумленно уставилась на него.
— Вы полагаете? Благодарю, это было бы просто чудесно.
— Надеюсь, это действительно будет чудесно. — Подмигнув, де Эст вышел из кабинета, прикрыв за собой дверь. Некоторое время Ийя пыталась понять, что он имел в виду, а поняв, выругалась. Никогда раньше она не чувствовала себя так глупо. Хотя, в конечном, итоге, какая разница, почему генерал разрешил работать дома? Главное, что разрешил. Ийя собрала папки в сумку, отперла сейф, выбрала несколько личных дел и присоединила их к уже немаленькой стопке. Закрыла тяжелую металлическую дверцу, провернув замок-бабочку, и взвалив сумку на плечо, пошла к коляске. Тело после вчерашнего отозвалось на вес глухой тягучей болью. Ийя поморщилась, передвинула ремень повыше и, игнорируя любопытные взгляды, распахнула дверь. На улице моросила мерзость — то ли дождь, то ли снег. Втянув голову в плечи, Ийя быстрым шагом направилась к коляске. Нужно было купить еще продуктов и заехать в Академию Целительства, найти бывшую школьную подругу. Кто-то, помнится, говорил, что Лиен — практикующий маг-целитель, причем неплохой.
Дома, стряхивая капли с волос, Ийя заглянула на кухню. Служанка оттирала с плиты присохший кофе. Поздоровавшись и не обращая внимания на быстрые, бросаемые вскользь взгляды, Ийя прошла в гостиную. Айре лежал на боку, глядя в огромное окно. Услышав шаги, он обернулся, приподнялся, отбрасывая взъерошенные волосы с глаз.
— Ну, как ты? — она опустилась рядом на колени, повернула его к свету, рассматривая засохшие за ночь струпья. Айре лежал тихо, не шевелясь, только горячее несвежее дыхание касалось ее лица. Кстати, подумала Ийя, надо купить ополаскиватель для рта — пока не заживут швы. Она сняла с лица бинты. Опухоль начала потихоньку спадать, нос уже не выглядел картошкой, на которую наступила лошадь. Синяки вокруг глаз расцветились желто-фиолетовым, лопнувшие капилляры залили белки краснотой. Ийя вытащила из сумки баночку, в которой вспыхивала тусклыми искрами бледно-зеленая масса.
— Вот. Ускоряет заживление ран, снимает отеки, уменьшает боль. Судя по цене, гарантирует прижизненное причисление к лику святых. Попробуем?
