Аня хмыкнула, но комментировать не стала. А вот зря. Я совсем не против послушать о себе приятные вещи.
— А это твой котик или Малины?
— Марины.
— А папа говолил — ей нельзя заводить длузей, — подключилась вторая, и я порадовался, что не человек, иначе бы подавился.
— Марине нельзя заводить питомцев, — со смешком поправила кудряха. — Друзей можно иметь всем. Вот у вас есть друзья?
Котятки снова начали делиться подробностями детсадовской жизни, пока я давился ставшим невкусным завтраком.
Ну это просто издевательство какое-то! Все! Абсолютно все знали об аллергии у Марины! Кроме меня…
Да пофиг, что семья, и должны владеть полной информацией, но с каждым упоминанием чувствую себя все большим идиотом. Разузнал о девушке заранее, ага…
Ситуация вырисовывалась не очень приятная. Гоша традиционно подкинул в субботу племяшек, вот только не учел, что у Маринки игрушек нет. Девчонок брат одел как на утренник: белые колготки, пышные фатиновые юбки, светлые кофточки, да изощренные прически. Вот против последних я ничего не имела, но все остальное ставило крест на прогулке.
Небо хмурилось, из окна видно было, как качает кроны деревьев.
— Кнопки, не замерзли, пока дошли?
— Неа! Мы на такси плиехали, — радостно сдала папу Мила.
Значит, опять опаздывал. Я говорила, как мне нравятся творческие люди? А у меня целая семья таких творчески реализованных.
— Аня, а во что мы поиглаем?
Я задумчиво надула щеки.
— А папа вам вещи никакие с собой не передавал?
— Пеледавал! Иглушки, пижамка и твоя укулеле, — важно перечислила Рита.
— О! — я оживилась. — И где все это богатство?
Девчонки переглянулись, смешно хмурясь, явно подражая Гоше, и одновременно сообщили:
— В такси!
Простонав, я хлопнула себя ладонью по лбу.
— Аня, тебе плохо? — Рита погладила меня по ладошке, копируя интонации моей мамы.
— Мне хорошо, спасибо, — улыбнулась я ей. — Сейчас вашему папе напишу, что он … мм… не самый внимательный человек, и мы придумаем, чем заняться.
— Папа остолоп?
Я поперхнулась, а кошак мяукнул, напоминая о себе.
— Кхм, нет. Это кто его так называет? Мама?
— Да, — подтвердила Мила.
Помолчала. Еще помолчала. Глянула на кота, который смотрел на меня, будто что-то требуя.
— Ясно, — наконец выдавила из себя, а котяра возмущенно заорал. — Так, у меня идея: вы пойдете в комнату, осмотрите ее и предложите три варианта, чем можно заняться. Кто придумает интереснее, тот первый погладит кота. Идет?
— Да!
Кнопки переглянулись и кинулись в комнату. Откуда тут же послышалась какая-то возня. Звук падающего одеяла. Скрипнул матрас…
Кошаку, видимо, надоело молчать, так что он, зашипев, бросился в комнату. Теперь за девчонками следить будет, что ли? Ну пусть. В племяшек я верю, за десять минут хвост они ему не оторвут. А мне надо успеть позвонить Гоше, пока у него не началась репетиция.
Ани не было минут пять от силы, а мне они показались вечностью.
Котятки успели заправить матрас, потом залезть на него и попрыгать (я чуть не поседел!), опять застелить, заглянуть во все горшки с цветами, будто рассчитывая найти там клад, добраться до мольберта, под которыми валялись тюбики с красками.
Стойте!
Девочки чуть-чуть не успели, отвлеклись на меня, и я выдохнул. Представляю, сколько времени нужно, чтобы отмыть их наряды от красок.
— Котик?
— Ты больше не боишься?
Смотря чего. Но лучше вы повыдираете мне шерсть, чем после картин доберетесь до окна. Кто знает, насколько там надежная система?
Котятки, замерев, ждали, пока я к ним подойду. Смешно прикусывали губки, будто боялись, что передумаю.
Первая руку осторожно протянула Рита, я подбадривающе замурчал. Мила щербато улыбнулась и тоже потянулась ко мне.
Любопытно, но делали они, как сказала Аня: шерстки касались аккуратно, только кончиками пальцев.
Маленькие пальчики слушались хозяек не очень охотно, чуть путаясь в густой шерсти, но внимание мне было приятно.
Когда я позвал осмелевших девочек на матрас, чтобы они не уселись прямо на полу, в дверях появилась встревоженная Аня.
— Все в порядке?
— Да! Мы гладим котика!
Я вопросительно посмотрел на кудряху, а та неловко улыбнулась и пояснила… мне?
— Замолчали, вот я и заволновалась…
Смущенно почесав шею, она встряхнулась.
— Придумали игры?
— Но мы уже гладим котика! — сообщила Рита.
— И вы все большие молодцы, — похвалила Аня… нас? — А давайте, у нас будет сегодня кошачий день? Будем гладить Зверюгу, разучим песни про котов, ну и научимся их рисовать.
— А Звелюга будет нам позиловать? — деловито уточнила Рита, переводя взгляд с меня на мольберт.
— С огромным удовольствием, — не думая ни секунды, подтвердила кудряха.
Ну, скажем не с таким огромным, но чего бы не помочь?
Смешно заметить, но животное меня спасло. Не представляю, чтобы делала без него, а так мы и выучили «Черного кота», и надругались над Маринкиными альбомами, и даже кашу «вместе с котиком» поели. Удивительно, но Зверюга ни на шаг не отходил от девчонок, словно чувствовал всю возложенную на него ответственность.
Но даже с условием, что придумывать особо ничего не пришлось, к приходу Гоши я была вымотана.
