– Я даю тебе слово, Моргана, – крикнул в ответ ярой обвинительнице Страж Севера. – Но если с рассветом ты не откроешь ворота, к обедне в Кордуэле не останется даже живой кошки.
– Ах как это благородно! Я никогда не обманываю, Ллевелин. Ты мог бы знать это.
– Мордреда, вероятно, уже давным-давно нет в Кордуэле, – тихо произнёс ехавший рядом с Ллевелином Ланселот. – Скорее всего он уже по ту сторону залива, на полпути к Камелоту. Моргана просто тянет время.
– А если нет, – резко повернулся к нему Страж Севера. – А если он по-прежнему в цитадели? А этим ходом она добивается, чтобы мы сняли осаду и пустились в погоню за призраком? Вновь разделять армию неразумно и небезопасно, Мордред всё ещё силён. Будем ждать утра.
Ночь выдалась на редкость туманная. Такая туманная, что пальцы на руке можно было пересчитать только на ощупь. Добрая треть армии стояла в охранении, опасаясь, как бы, воспользовавшись таким везением, противник не решил просочиться через линию постов. Треть армии едва ли не плечом к плечу стояла настороже, две трети спали вполглаза, ожидая, казалось, неминуемого в эту ночь сигнала тревоги.
Ближе к полуночи туман начал рассеиваться, но взамен его ударил такой мороз, что можно было подумать, будто на дворе не сентябрь, а как минимум январь, причём не здесь, а где-нибудь в нашей Оркнее. Ночная стража клацала зубами, не имея сил отойти от костров, а в крепости, как назло, что-то стучало, громыхало, скрипели колёса, ржали кони, словом, происходило НЕЧТО, мало совместимое с подготовкой к капитуляции. «Что же они там удумали?» – размышлял я, да, похоже, и все остальные, пытаясь, сколько возможно, согреться в эту странную ночь. Однако замысел Морганы, как обычно, был непроницаем.
Ближе к утру, однако, потеплело. Едва первые лучи солнца, подобно требовательным пальцам кредитора, ударили в ворота крепости, те открылись с недобрым скрипом, пуская победителей в город.
На площади перед королевским дворцом красовалась аккуратно сложенная куча изломанного оружия, старых доспехов, украшенная цветочными гирляндами. Армии Мордреда в городе не было. Она исчезла, словно растворилась в воздухе, оставив на память о себе несколько десятков раненых и негодующих местных жителей, требующих от новой власти возместить потерю крыш, сорванных этой ночью по приказу феи Морганы.
Мир принадлежит тому, кто может его взять, или тому, кто не позволит отнять его у себя.
Зелёные волны Бристольского залива плескались о камни у подножия утёсов. Мы с Лисом стояли над колышущейся водой, глядя туда, где в сероватой туманной дымке виднелся противоположный берег. Вне всякого сомнения, армия Мордреда была уже там. Я готов был держать пари, что знаю, как ей это удалось. Конечно же, она не растаяла в воздухе и не растворилась в ночном тумане. И хотя дело не обошлось без магического искусства дорогой тётушки, никакими фокусами с шапками-невидимками здесь и не пахло.
Я стоял на крепостной стене, глядя, как плавают на волнах пучки соломы и доски, ещё недавно служившие крышами домов разгневанных горожан, и невольно радовался торжеству человеческой мысли.
– Капитан, я по глазам вижу, что ты уже разобрался с этой пропажей, – начал Лис.
– Конечно. Всё очень просто и почти что в рамках школьного курса физики.
– Рассказывай, не томи!
– Серёжа, как ты помнишь, вода бывает в трёх состояниях: в жидком, – я указал на морские волны, равнодушные к людским заботам, с флегматичным упорством бьющие в скалистый берег, – газообразном, частный случай такого явления – туман.
– Я помню: и твёрдом – это лёд. Погоди! – он выразительно посмотрел на меня. – Ты что же, хочешь сказать, что армия перешла Бристольский залив по льду, как дедушка Ленин, возвращаясь из Финляндии в Россию?
– Именно так. Как великий князь Кирилл Александрович в Финляндию.
– Обалдеть! Ничего себе Моргана сморозила! Воистину, по воде, аки посуху.
– Возможно, не по воде, вернее, не по заливу. Всё-таки спускаться в нижнюю крепость после того, что там устроили Борс с Богартом и Баном, было совсем небезопасно. Должно быть, Моргана использовала туман для того, чтобы поднять жидкость на высоту стен. А здесь уже, как ты выражаешься, сморозила мост. Впрочем, сейчас это уже не важно. Как мы имеем возможность убедиться, мост получился капитальный, – я кивнул на полосу плавающих стройматериалов, всё ещё сохраняющих некое подобие линии, – даже соломку подстелила, чтоб люди и кони не скользили. Теперь, как ни крути, время они выиграли, и сегодня, в крайнем случае завтра утром будут в Камелоте.
