Скандир услышал мой тон и кивнул. Его боец отпустил кузена Чотто. Порядочного человека, насколько я слышал.
– Позволил? – произнес он. И с трудом сглотнул. – Позволил, Черра? – Я видел, что он чуть не плачет.
– Закрой свой рот, кузен! Мой отец скоро будет здесь!
– Неужели? Зачем? – спросил я. – Зачем, если вы просто явились к Арсеналу насладиться летним вечером? Вы спешно отправили гонца к вашему отцу? Снова спасать вас?
Взгляд Чотто был убийственным.
– Мы погнались за убегающим человеком, когда поймали этих четверых, капитан. – Это сказал еще один из людей Скандира.
– И поймали его?
– Поймали. Он далеко не ушел.
– Хорошо. Живой? – спросил Скандир. Он был очень спокоен, словно проводил вечер с друзьями у лагуны. Это мне помогло.
– Немного помят. Он пытался сопротивляться.
– Живой? – повторил Скандир.
– Возможно, – ответил тот. – Думаю, да.
– Где он? – Этот вопрос задал я. Я напомнил себе, что эту встречу должен контролировать я.
Тот, кого звали Илья, дернул головой назад.
– Немного дальше по направлению к каракке. Он не ушел далеко, как только что сказал наш человек.
Около дюжины стражников Арсенала подбежали к нам, гремя доспехами. Хорошо, что поторопились, подумал я. И сказал:
– Пусть двое из вас пойдут и приведут человека, которого они вам покажут. Он нам нужен живым. Остальные, принесите еще факелов и встаньте вокруг нас. Нам понадобится свободное пространство и больше света.
– Может… может, пройдем в мой кабинет, синьор Черра?
Это предложил начальник Арсенала, который наконец-то подошел к нам – быстрым шагом, несмотря на свою тучность. На его круглом, бородатом лице отражались мрачные предчувствия. И не зря. По многим причинам.
– Нет. Пока здесь. Факелы и кольцо из стражников.
Не знаю, почему я на этом настаивал. Может быть, просто для того, чтобы настоять на чем-то? Я был еще молод в ту ночь.
Рафел выступил вперед.
– Неужели вы, – тихо спросил он Бранко Чотто, – действительно собирались сжечь мой корабль, рискнуть всеми стоящими здесь судами, всем Арсеналом, потому что Фолько д’Акорси заставил вас выплатить мне компенсацию за мое похищение этой весной? Неужели вы действительно так глупы?
Признаюсь со стыдом, я об этом забыл. Меня там не было, но мне рассказали. До этого мгновения я понятия не имел, почему устроили пожар. Теперь я понял. И да, Бранко не казался мне настолько глупым. Настолько одурманенным гордостью и властью.
Решающие моменты в чьей-то жизни, в жизни многих, в делах городов-государств и империй могут возникнуть из-за чьей-нибудь глупости. Прошло двадцать лет после той ночи. С тех пор я уже много раз видел, как это случается.
Рафел увидел, как к ним ведут Чотто, и вопрос, почему кому-то пришло в голову поджечь корабль, исчез. Как исчезли к этому времени языки пламени вдалеке. Он должен был благодарить за это Скандира и его людей. И Сересса тоже.
Хотя мишенью всего этого, судя по всему, был лично он. И поводом стала мелочная, глупая месть. Нечто вроде ненависти? Извечной ненависти?
– Мне нечего вам сказать, – ответил Чотто. – Вы не стоите моих слов.
– Потому что я киндат? – спросил Рафел. В нем не быстро разгорался гнев, но сейчас он был в ярости и понимал это. Нужно было сохранять самообладание.
– Не стоите моих слов, – угрюмо повторил Чотто.
– А я стою? – спокойно спросил тогда человек по имени Скандир. – Я стою ваших слов? Если задам вам тот же вопрос?
Более мудрый человек проявил бы осторожность, подумал Рафел, после предупреждения и кинжала.
Более мудрый человек не стоял бы здесь, раненый и удерживаемый с двух сторон, после того как устроил пожар в одном из самых пожароопасных мест Серессы. Чотто, напомнил себе Рафел, член городского совета. В некотором смысле это делало Совет Двенадцати менее устрашающим, пусть даже они могли пытать и убивать людей, отрезать им руки и другие части тела. Но если один из них настолько глуп…
Он даже сам пришел в Арсенал, чтобы посмотреть!
Чотто опустил взгляд и отвел его в сторону, потом посмотрел на Гвиданио Черру.
– Я не отвечаю на вопросы неотесанных мужланов и киндатов, насквозь мокрых и воняющих лагуной. Придут мой отец и герцог, и мы обсудим это дело как цивилизованные люди. Я полагаюсь на вас в том, чтобы…
В чем он готов был положиться на Гвиданио Черру, так и осталось неизвестным, хотя можно было догадаться, думал потом Рафел.
«Потом» означало позднее в ту же ночь, когда он вернулся в дом Черры и вспоминал, как человек по имени Скандир убил Бранко Чотто прямым ударом меча, стоя на новой брусчатке Арсенала Серессы, недалеко от края лагуны, под голубой луной и многочисленными звездами летней ночи.
Чотто не издал ни звука. Он упал. И только тогда раздался слабый звук.
– Я его предупреждал, – мягко произнес Скандир.
Рафелу показалось, что у него из головы исчезли все мысли. Она стала пустой, как угол холста, на котором художник еще ничего не нарисовал, который ждет, когда на нем появится изображение: корабль, дерево, человек, лошадь, облака. Ясность.
