А я сидела и думала, что будь ситуация немного иной, я бы, конечно, сорвалась с утра и сама поехала в ресторан. Но я так посчитала, что там будет Альберт и Элла, поэтому что мне напрягаться, пусть они разруливают все ситуации, а я приду чисто в качестве гостя. И буду выглядеть не замотанной селедкой, а нормально. Так чтобы никто никогда не посмел даже предположить о том, что меня можно пожалеть.
Не надо меня жалеть, я самодостаточная успешная женщина, умеренно успешная в своём направление. И даже то, что я появлюсь на этом празднике, это не говорит о том, что я чем-то нехороша, нет, скорее это, наоборот, подчёркивает, что я знаю себе цену, и что для моей реализации мне не нужен мужчина.
Я так сильно стиснула челюсти, что визажист качнула головой.
— Ален, помягче, пожалуйста, а то у тебя сейчас скулы поедут к вискам.
Собравшись за несколько часов, девочки помогли мне одеть платье, подтянули его везде, поправили шнуровку, я выбрала зелёный атлас с мягким кружевом от поясницы и до самого низа. Из украшений решила выбрать топазы в белом золоте, потому что они не отвлекали внимание от цвета моих волос и не перетягивали акцент с платья. Они просто подчёркивали дороговизну образа.
Господи, я вообще не понимала, зачем столько всего делать для детского дня рождения.
Да, Митя чудесный, самый идеальный, но можно было просто ограничиться тем что дети будут отдыхать. Но нет, сейчас так нельзя. Сейчас у Мити слишком важные родители. Для Данила праздник сына - это выгодные контракты, сделки, разговоры с партнёрами, поэтому детский утренник проходит в определённое время, а официальная часть с самого начала.
Собрав все необходимое для съёмки, я все-таки приготовилась и вызвала такси. Села в машину, зябко повела плечами. Ладони все также были влажными, неприятными, я чувствовала себя царевной лягушкой. Но когда машина остановилась возле дверей ресторана, когда я увидела собирающихся гостей, которые были ни капельки не проще меня, я поняла, что поступила мудро. Если бы я появилась на дне рождении внука в скромном, закрытом наглухо платье из трикотажа, все бы точно ходили и рассуждали о том, какая я бедная и несчастная.
А я не бедная и несчастная, у меня все хорошо.
Только вот муж бывший с ума сходит, но это дело поправимое.
— Мама, господи, — когда я оказалась внутри ресторана, ко мне быстро подбежала Зина и приложила ладони к щекам. — Мам, ты такая красивая.
Я мягко улыбнулась
— Спасибо.
— Идём, идём. Не стой, проходи. Митя тебя заждался.
Зина подхватила меня под руку и повела в главный зал. Все было выверено со вкусом, с эстетикой, мне нравилось оформление и нравился мой внук, который для своего возраста был одет в чёрную тройку с белой рубашкой. А волосы уложили назад, его вечно торчащие в разные стороны вихры сейчас выглядели очень стильно.
— Бабушка, ты самая красивая, — выдохнул Митя, глядя на меня снизу вверх. Я присела на корточки, прижала внука к себе и тихо прошептала:
— А ты самый чудесный малыш. Самый замечательный, я поздравляю тебя с днём рождения, родной мой.
Митя засмущался. Поцеловал меня в щеку, а потом протянул.
— Идём, идём, я тебя ещё с гостями буду знакомить.
Только в основном люди были все знакомые. Семейная пар Адонины, занимались транспортными перевозками. Лапин, один из инвесторов с которым сейчас сотрудничал зять.
Мы двигались сквозь толпу вместе с Митей, я здоровалась сдержанно со знакомыми людьми, с незнакомыми приходилось знакомиться, а вблизи столов внук обернулся, посмотрел на меня и тихо произнёс, как будто бы по секрету.
— Бабуля, бабуль, а дедушка на тебя так смотри!
По спине пробежал холодок.
Я медленно развернулась и упёрлась взглядом в Альберта, который стоял с каким-то тучным мужчиной. И был темнее бездны.
— Бабуль, видишь, как он на тебя смотрит? Мне кажется, ему ты очень нравишься сегодня.
18.
Я сквозь толпу посмотрела на Альберта и не меняя взгляда, кивнула в знак приветствия. Все-таки не стоило уподобляться базарным девкам и надо всегда сохранять лицо.
— Бабуль, бабуль, ты такая красивая, деда на тебя так смотрит. Идём к нему, подойдём, я ему скажу, какая ты красивая.
— Мить, родной мой, — мягким голосом произнесла я и наклонилась к внуку, заправила за ухо выбившуюся прядь волос и провела кончиками пальцев по щеке.
— Не надо, дедуля, наверное, очень занят.
— Ба, он стоит. Идём.
Митю было не остановить, он схватил меня за пальцы и, развернувшись, начал тащить через толпу, причём как бы я, не понижала голос, не просила его остановиться и заняться чем-либо другим, Митя вообще, оказалось, меня не слышал.
Спустя мгновение мы оказались перед Альбертом. И Митя горделиво произнёс:
— Деда, смотри, какая бабуля у нас сегодня красивая.
Альберт хмурым взглядом прошёлся по мне, подмечая топазы, которые он подарил. Только, вот кроме украшений, ничего его на мне больше не было. Бывший муж стиснул челюсти так, что по скулам проступили желваки, а Митя, не добившись никакого результата, топнул ножкой и серьёзнее заметил:
— Деда! Ну скажи, какая у нас бабуля красивая.