Я ввалилась в лес. Сперва я шарила в подлеске длинной палкой, потом принялась ползать на четвереньках, все больше приходя в отчаяние. Хоть бы только Финн сумел отвлекать доктора достаточно долго, чтобы я успела найти пистолет и пробраться через заднюю дверь! Я прочесывала траву и кусты, выискивая, не блеснет ли где металл. Исцарапанные руки кровоточили, но мне было не до этого.
Марина закричала снова. Я зажала уши руками, но крик все продолжался и продолжался. С каждой его секундой мне словно вгоняли в грудь раскаленную кочергу. Я должна была прекратить это.
Когда я шарила в опавшей листве, кончики моих пальцев скользнули по чему-то твердому и холодному. Я кинулась туда и почувствовала в руке металл. Я закрыла глаза и мысленно вознесла благодарность.
Потом я быстро обогнула дом и добралась до задней двери. Марина все еще кричала. Я вставила ключ в замок и проскользнула внутрь.
Голос Марины сделался хриплым и перешел в судорожные рыдания. Если это немедленно не прекратится, я сама вломлюсь туда! И плевать, что я разрушу наш единственный план. Я буду стрелять во все, что шевелится, лишь бы только остановить этот ужасный звук.
– Стой! – Голос Джеймса перекрыл крик. – Я здесь! Я иду!
Я обмякла и, наверное, съехала бы со стула, если бы не веревки у меня на запястьях. Тело гудело от электрического разряда – словно камертон, который швырнули на стол.
– Эм, ты в порядке? – спросил со своего стула Финн. Он так и сидел зажмурившись.
– Тс-с-с! – Мне не хотелось, чтобы он привлек их внимание. Уж лучше пусть помалкивает.
Глаза у меня слезились, и все расплывалось, так что я едва разглядела юношу, который вошел в гостиную. Он выглядел для меня размытым пятном, но при виде его я испытала облегчение.
Джеймс. Мой Джеймс. Я узнала бы его даже с закрытыми глазами.
– Стой! – крикнул Финн-старший. Он вскинул руки, заслоняя лицо Джеймса-младшего. – Не смотри на него!
Но два Джеймса уже уставились друг на дружку: мой Джеймс был ярким и красивым, а второй – словно его отражение в пыльном, растрескавшемся зеркале.
Джеймс-старший улыбнулся.
– Все в порядке. Вселенная не взорвется.
Лицо Финна напряглось.
– Что?
– Встреча с самим собой – не больший парадокс, чем все остальное, что вы сделали, – сказал мой Джеймс. – Он вам соврал.
– Я подумал, что это может выиграть мне немного времени, если вы двое отправитесь за мной в прошлое. – Джеймс-старший ухмыльнулся. – В конце концов, мы трое были неразлучны.
Мой Джеймс сделал шаг вперед, к себе самому.
– Пожалуйста, не трогай их. Отпусти их.
– Я не могу. Они пытаются убить нас.
– Только те, которые из твоего времени! Делай с ними что хочешь, если так надо, но Марина…
– Марина на каждом шагу пыталась помешать нам, раз за разом, всеми мыслимыми способами. Эта девчонка, – он положил руку мне на макушку, – не остановится, пока мы не умрем.
– Пожалуйста! – взмолился мой Джеймс. Я смотрела, как он спорит сам с собой, и у меня ум за разум заходил. – Я не хочу, чтобы она страдала, – а значит, и ты в глубине души этого не хочешь!
– Тебе еще предстоит узнать, что все меняется. А теперь я буду вам признателен, если мы покончим с этой жалкой попыткой отвлечь меня, – он повысил голос, – пока Эм крадется через черный ход! Вы думаете, я не знаю, что ты велел бы ей сделать в этой ситуации?
Финн-старший помрачнел.
– Думаю, это потому, что гений – ты, а не я.
– Эм, честное слово, если ты не выйдешь немедленно, я тебя заставлю об этом пожалеть! – крикнул Джеймс.
Тишина. Я задрожала. Я не желала знать, кто такая эта Эм. Эта невозможная картинка уже сложилась в моем мозгу, но я не могла взглянуть ей в лицо.
Джеймс-старший наклонил голову. Казалось, он искренне разочарован.
– Ну ладно же.
– Не-е-ет! – всхлипнула я, ожидая, что моя кровь снова вскипит от электрического разряда. Но ничего не случилось. Я открыла глаза и увидела, что он стоит на коленях рядом со мной. Он коснулся моих пальцев, и на мгновение это показалось объятьями – это успокаивающее тепло его кожи. А потом он быстро рванул мои мизинец и указательный палец назад, и я услышала тошнотворный треск. Через секунду пришла боль, и я взвыла.
Мой Финн выкрикивал ругательства, а Финн-старший кинулся ко мне. Даже в полубессознательном состоянии я почувствовала, как к моей шее прижался металл, и Финн-старший застыл.
– Прекрати! – крикнул кто-то. – Прекрати это! Я иду!
В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь моими приглушенными всхлипами. Я не могла думать о том, кто это идет, о том, каким знакомым мне кажется этот голос. Мой мозг, перегруженный болью и страхом, заблокировало, словно дверь между мною и миром. Наверное, так он пытался защитить меня.
– Марина, – сказал кто-то, – закрой глаза.
– Не нужно. Она может…
– Я не хочу, чтобы она это видела. И меня.
Я закрыла глаза, и мимо меня кто-то медленно прошел.
– Брось пистолет! Кидай его сюда, или я… – Шокер сильнее вдавился мне в шею.
– Хватит! Только тронь ее еще раз – и я тебя убью, подонок!
Что-то тяжелое упало на пол и проехалось по нему.
– Очередные пустые угрозы, малявка?
