Красота – еще один из вечных вопросов, на который полагается, свидетельствуя о своем уме и образованности, не давать внятного ответа. Мол, это непознаваемо, тайна, нечто высшее и божественное даже, все и так знают, что это такое – но знание это интуитивное, рациональному анализу и формулировкам не поддается. Гармонию алгеброй не расчислишь: тот самый случай. И в чем же суть и причина того, что одно красиво, а другое некрасиво, дознаться невозможно – вот есть такое явление, и все тут. И со времен хитромудрого Сократа ничего тут принципиально нового не надумали, его же резюме было примерно таково: а хрен его знает, не добраться до сердцевины.
Я предпочитаю показаться неумным и необразованным, но разобраться в вопросе, коли он поставлен: что такое красота вообще, в принципе, как категория?
1. Утверждать, что способность воспринимать красоту свойственна только человеку, было бы несколько опрометчивым и высокомерным. Тут есть пример, заставляющий задуматься: вороны, которые утаскивают в гнездо блестящие штучки вроде колец или чайных ложечек и всякие яркие тряпочки. Не только вороны – и сороки, и дрозды, но полинезийские вороны всех превзошли – эти собирают целые коллекции яркого-блестящего, берегут их, перебирают, и даже показывают друзьям-подругам жизни.
Никакой пользы с этого вороне нет. И при брачном ухаживании эти побрякушки не фигурируют, и ранг вороны среди прочих не повышают. Ей это нравится бескорыстно, само по себе. То есть ей этого хочется, и она от этого получает положительные ощущения.
Птица способна получать положительные ощущения просто от цвета (яркого) предметов, которые не имеют для нее никакой функции, кроме как доставлять эти ощущения.
Черт возьми, это та же самая способность ценить красоту: никакого принципиального отличия от цветных стеклышек и ярких фантиков из детских коллекций, от блестящих бус дикаря.
Т. е. в основе лежит некая
Ворона – птица умная, известно. Но слон все-таки умнее, и голова у него больше, и хобот ловкий – почему он в джунглях цветы не собирает? Или, домашний, не крадет у хозяина часы, чтоб любоваться на досуге? Очевидно, он услаждает себя иначе и не нуждается в дополнительной эстетике. Мы лишь констатируем: ворона слона не умнее, но у нее, относительно ее небогатых возможностей и потребностей, есть по сравнению со слоном «свободный», «невостребованный» участок мозга (очень грубо и условно выражаясь), который она «пускает» на, так сказать, простейшую «пра-эстетику».
Что мы имеем? Мы имеем ма-аленький
Соловей поет, сытый отдохнувший волк играет, а ворона стеклышки коллекционирует.
Здесь невредно сделать вот какое примечание. Строго говоря, любое живое существо «энергоизбыточно» – это тот самый дополнительный сверх необходимого запас энергии, который своим очень слабым, в особи неразличимым, но постоянным «давлением» и обеспечивает в течение миллионов лет эволюцию вида. Микроимпульс к видоизменению и усложнению. Птица ведь тоже участвует в энергопреобразовании мира: семечки ест, семена переносит, почву удобряет. Но она-то изменяет его очень-очень медленно, на протяжении поколений – незаметно, она вписалась в ландшафт, – а человек за десять лет все перевернуть может, и младенец его за пяток лет может выйти за пределы своего вида и стать волком, скажем, по привычкам и структуре личности, а другие животные этого не могут, энергетический заряд не тот. Но за миллиард лет амеба может стать человеком, такие дела.
Пропасть между обезьяной и человеком огромна и в масштабах человеческо-исторического времени непреодолима (от них к нам, наверх, непреодолима, конечно – в обратную сторону Тарзан ее преодолел) – но в принципе-то устройство мозга одно и то же, просто нервная энергетика человека на порядок выше, качественно выше – излишек нервной энергии человека сверх необходимой для простого выживания и составляет его суть.
(Вообще у многих живых существ можно наблюдать «излишние» действия пра-эстетического характера, в которых проявляются «излишние» чувства. У тех, у кого развита система звуковых сигналов – это обычно принимает вид пения. Птицы поют, волки воют, лягушки квакают, обезьяны криком рулады выводят. Что означает, что кошка мурлычет от удовольствия? Что ее положительные эмоции таковы, что требуют какого-то дополнительного, конкретного проявления: строго говоря, в мурлыканье идет ведь ма-ахонькая энергия – это ма-ахонький избыток положительных ощущений, с которым неизвестно что делать, которые «по жизни» ни для чего не нужны, но какого-то своего проявления в каких-то действиях требуют, наружу просятся.
