Надежда Андреевна махнула рукой. Родители остались наблюдателями и в жизнь сына не вмешивались. Тем более, что он и не пускал в свою жизнь никого. Весь в доспехах, окружённый стенами, построенными своими руками. Такой замёрзший снежный король.
Прошло три года. Король не растаял. Зоя не смогла его отогреть. Но держалась рядом в надежде … Какая надежда была у Зои? Богат. Красив. Успешен. Большой красивый дом. Художники, музыканты разных уровней. Богема. И она, девушка хозяина дома, ведущая квартирников. Никита на этих вечеринках ведёт себя почти любящим мужчиной. Чего хотела и добивалась Зоя никого не интересовало. Надежда Андреевна надеялась, что Зоя как-то отвлечёт сына, а Никита относился к ней, как… Никак он к ней не относился. Есть – хорошо, нет – и не заметит. Зачем девушка всё это терпела? Она сама построила себе какую-то иллюзию и жила в ней. Зоя думала, что чем больше она напрягается для Никиты, тем больше он будет ценить её. Ещё в детстве она мечтала о том, как прикатит принц, и о том, что она сама станет знаменитой, красивой и богатой. Принц был. Но только он был как-то сам по себе, рядом, не с ней. Ну, это уж кому как нравится. Каждый борется за своё счастье, как может, как умеет. Пути и методы у всех свои. Чужие советы и наставления не срабатывают. Это зелье надо варить самому и для себя.
То, что Никита и Зоя последнее время спят в разных спальнях, Надежда Андреевна выяснила случайно. Она искала котёнка, недавно подаренного ей одним из гостей и обнаружила, что гостевая спальня занята вещами Зои. Она поинтересовалась у Никиты:
– У вас, что, разные спальни?
– Я храплю, – буркнул Никита и уехал.
«Ага, – подумала Надежда Андреевна, – эпоха Зои закончилась. Не получилось у неё растопить лёд. Скоро девочке придётся собирать вещи». Это было полгода назад. Но, тем не менее, Зоя ещё тут.
Всё это пронеслось в голове Надежды Андреевны за десять шагов, что она шла с Никитой в свою половину дома. Она посадила сына в кресло. Сварила кофе, разлила по чашкам и принесла на журнальный столик.
– Какие дела, мам? – спросил сын.
– Никитушка, ты прости, что напрягаю, но мне так хочется «Мартини».
– Мама, всё куплено.
– Милый, – с извиняющей улыбкой произнесла мать, – Там только сухой.
– Так ты же пьёшь только сухой.
– Никита, прости, но мне сегодня хочется сладкий. И тоник… Я его выпила. А потом мне бы хотелось в спальню белые розы. Вы подарили с папой прекрасные бордовые, но сейчас я хочу белые. Ну вот такой каприз… Если не хочешь, я конечно не обижусь и…
– Мама, – перебил Никита, – Не вопрос! Ваше желание, маменька, сегодня – приказ! – пошутил сын.
– Фу, – искренне выдохнула Надежда Андреевна. – Я думала ты мне откажешь.
– Маменька! – шутил сын. – Почему вы так плохо обо мне думаете?
Надежда Андреевна искренне с облегчением рассмеялась. Мамы – это такие люди, которые даже авторитетных пацанов гоняют за хлебом. И грех этим не воспользоваться. Надежде Андреевне не нужен был ни тоник, ни «Мартини», ни розы. Она хотела отправить Никиту из дома, где все его раздражали. Она поняла, что сын вспомнил её день рождения три года назад. Он поменялся в лице, услышав мелодию. Ведь тогда она тоже играла «Сонату». Надежда Андреевна поняла, что в душе сына поднялся двенадцатый вал и погубит сейчас всё вокруг. Ему надо время остыть и не видеть своих женщин, претендующих…
«Чёрт возьми! А на что они претендуют?» – раздражённо задумалась Надежда Андреевна.
Никита с нескрываемым удовольствием поднялся, допив кофе.
– Я поехал?
– Ступайте, Никита Владимирович, – театрально выставив руку для поцелуя произнесла Надежда Андреевна.
Сын поцеловал маменьке руку и удалился. Мать с облегчением выдохнула и закурила. Курила она редко. Но что-то сегодняшний день ей совсем не нравился. Что-то в нём было не так. Пасмурный Никита, навязчивые Лена с Зоей. Воспоминания эти некстати. Всё как-то с утра не так. Надежде Андреевне захотелось всё отменить. Но она понимала, что это невозможно.
– Лена хочет вернуть Никиту. Это понятно. Зоя хочет быть с Никитой. Это тоже понятно. А чего хочет Никита? А Никита хочет Лику, – рассуждала Надежда Андреевна. – Дурдом. Гарем.
Надежда Андреевна поднялась и отправилась искать мужа. Муж нашёлся в спальне. Он смотрел какую-то комедию и смеялся в голос.
– Вов, – позвала жена.
Он поставил фильм на паузу и посмотрел на жену:
– Что-то помочь?
– Ага. Тревожно мне что-то. Никита мне не нравится. Мне кажется он вспомнил уход Лики.
Владимир Иванович захохотал.
– Да! Это было классно! Молодец девочка.
Тут же насторожился.
– А что с Никитой не так?
– Мне кажется, что он тоже вспомнил. Держался, держался и вспомнил. У него такие глаза… А тут ещё его жёны… Вов, что делать-то? Не по душе ему вся его жизнь. Вот говорят, от любви не умирают, а он умер.
– Надька! Что ты несёшь? Он взрослый мужик! Ему уже тридцать пять лет! Он что, прыщавый юнец со спермотоксикозом?
– Они с Зоей спят в разных спальнях.
– И что? – и тут же спохватился: – Ты следила что ли?
– Нет. Случайно узнала, когда Пушка искала.
