— Пф, — аж подавился воздухом парень, состроив недовольную гримасу. — Почему я не удивлен? Знаешь ли, вот с этой штукой, напоминающей хуй знает что, много не наделаешь, — вытянув перед собой духовный след того, что должно быть рукой, с наигранным раздражением зашипел Тобимару.
Я секунду подумала, прежде чем не удержаться и сказать:
— Ну, так у тебя еще одна рука есть, в чем проблема?
— Что?
— Хотя, понимаю, рабочая рука, это дело такое…
Мне едва хватило самообладание, что сдержать рвущуюся улыбку, наблюдая ехидным взглядом за недоумевающим собеседником. А вот когда до него дошел смысл пошлой шутейки, я буквально выдавила из груди смех, зажав рот рукой. Закатив глаза и не то смущенно, не то раздраженно прикрыв лицо ладонью, да покачав разочаровано головой, Тобимару не оставил мне выбора, как засмеяться.
— Какая же ты отвратительная…
— Ха-ха-ха, видел бы ты свое лицо, боже, — чуть ли не кудахтая от смеха, я похлопала собеседника по плечу. Прочистив горло, попыталась собраться и вернуть серьезный настрой. — Ох… Но, если честно, я действительно не знаю, как вернуть руку в прежнее состояние. К тому же оно кажется… естественным.
— Думаешь, это из-за хогиоку?
— Один черт. Это также могло произойти и из-за пребывания в дангае, а также использования печати Джоши, ведь мы сделали тебя заклинателем.
— Я вообще удивлен, что печать сработала на Айзене, — напряженно отозвался Тобимару. — Полагал, он тебе руку оторвет или еще что, но разобьет кокон.
— Я тоже опасалась этого, но… Никто не всемогущ. К тому же есть подозрение, что во многом стабилизации Джоши поспособствовала связь с хогиоку. И хрень над нашей головой… есть у меня подозрение, что она как-то связана с артефактом.
Вновь вернув взгляд к облакам, сквозь которые с трудом, но пробивалось фиолетовое мерцание, заменяя тусклое солнце, мы с занпакто провели минуту в тишине.
— Сама веришь, что у нас все получилось?
Поджав нижнюю губу и покачав головой, я затруднялась дать ответ, потому что, несмотря на сложившиеся обстоятельства, не было ощущения, что победа находилась в руках.
После беседы с Урахарой на окраине Каракуры, пока мы в компании Ичиго с безумным напряжением молча ожидали прибытия других шинигами, моя уверенность в том, что мужчина раскроет настоящие карты, крепла. Его взгляд говорил об этом. Полный недоверия и опасения. Первыми, к моему удивлению, прибыли друзья Ичиго, которые сражались в Уэко Мундо, и только они в недоумении, глядя на меня, пытались понять, что происходит, как Урахара собрался предупредить их. О чем именно, я так и не знала, но он точно намеревался дернуться вперед и сказать что-то. Только…
— Хинамори-сан спасала нас! — Ичиго опередил его, перебил столь же поспешно, сколько хотел и предупредить шинигами мужчина.
Может, парень и не ожидал от себя такой реакции, но я была более, чем уверена, что он встанет на мою сторону. Три месяца, проведенные в дангае, наложили свой отпечаток. Мы не могли не разговаривать, и как бы мне не хотелось отыгрывать жертву обстоятельств или оправдывать себя, я поделилась своими чувствами с Ичиго. Рассказала, почему следовала за Айзеном, почему считала и до сих пор считаю его единственным человеком, который способен наполнить мою жизнь смыслом. Естественно, обходя некоторые моменты, такие как залет из другого измерения и видения будущего, you know.
Ичиго добрый и открытый человек, он видел чувства и души людей, поэтому мне было приятно, что он хотя бы не высказал осуждения. Поэтому я поделилась с ним сутью вещей, которая могла бы изменить его взгляд на окружение в будущем. О Короле душ, о нулевом отряде, о грехе пяти великих домов, обо всем том, что не в меньшей степени повлияло на решение Айзена взойти на небеса.
— Ты особенный, Ичиго, твои родители были особенными. Вскоре ты все сам поймешь, но не думай, что капитаны Готей 13 добры к тебе, потому что ты хороший человек. Вскоре ты встретишь одного мужчину, через пару лет, думаю… И ты поймешь, что не ты первый, не ты последний. Но ты особенный. Из-за этой особенности я хотела убить тебя. И из-за этой особенности ты так важен Обществу душ. Я не призываю тебя отказаться от друзей, но… будь готов пожертвовать чем-то дорогим ради мира, в котором ты желаешь жить. Как я это сделала для себя… как сделаю.
В тишине дангая мой голос тогда звучал непривычно громко, и несмотря на то, что Иссин большую часть времени отдыхал, восстанавливаясь после тренировок с сыном, я не переставала нервно поглядывать в его сторону. И в один из таких моментов Ичиго спросил у меня:
— Как можно любить такого жестокого человека?
— А с чего ты взял, что я не жестокий человек? — резонно уточнила я. — Если бы я не была жестокой, мы бы тут не разговаривали.
Мои слова ввергли Ичиго в недоумение, поэтому пришлось пояснить:
