В первый миг ей показалось, что она попала куда-то не туда. Собственно, так оно и было, вместо гостиной Сертина — небольшая ниша, в которой, кроме зеркала, ничего и не было. От остального помещения нишу отделяла тяжелая портьера.
Дин уже собиралась вернуться обратно к себе, но ее остановили голоса. Два очень знакомых голоса, один из которых принадлежал наставнику, другой — королеве. И она осталась. Стояла за портьерой, затаив дыхание, готовая в любую минуту нырнуть в зеркало, и — слушала. Потому что с первых слов поняла, что предметом этого разговора является она сама.
— Сертин, милый, меня пугает эта девчонка, — всхлип.
— Мирэя, любовь моя, у тебя нет ни малейшего повода для беспокойства.
— Ты считаешь? — с робкой надеждой в голосе. — Но ты сам говорил, что она очень способная.
— Да, но у нее нет дара, который… считается опасным.
— Точно-точно?
'Ну прямо как маленькая девочка,' — подумалось Дин.
— Точно-точно, — снисходительная усмешка в голосе, — у нее дар противоположный, ты же сама знаешь, что они вместе никогда не встречаются.
— И все-таки я боюсь! — голос королевы падает до жаркого шепота. — Я чувствую, что мне надо ее бояться. Она может сломать… все сломать!
— Ну что ты, милая…
— Нет, ты послушай меня. Не надо ждать, пока она проявит себя, не надо. Тебе же это просто будет — всего лишь встретиться с ней взглядами в зеркале. И — поймать.
— Нет, — голос Сертина зазвучал напряженно, — даже не уговаривай. Я согласен пойти на это, если она совершит преступление.
— Но в прошлый же раз!..
— О прошлом разе я жалею до сих пор.
— Но ведь это совершенно не опасно! Ну подумаешь, забыла… Она потом была довольна новой жизнью.
— Была, — с горечью, — но она давно умерла.
— Ну и что? Они все умирают, рано или поздно. Только мы…
— Только она могла прожить собственную жизнь, а вместо этого жила чужую.
— Никто ее не заставлял!..
— Оставь, родная, наш разговор ведет в тупик. В любом случае, о принятии каких-то мер говорить рано, я внимателен и не допущу прежних ошибок.
— Уже… уходишь?
— Да, мне пора. А тебе стоит отдохнуть.
При этих словах Дин, забывшая уже, как дышать, спохватилась и сделала шаг назад, даже не давая себе труда сосредоточиться и представить нужную картинку. Она и без того знала, куда попадет — в гостиную наставника.
Ну а что? Он ее пригласил после обеда, она пришла. Ничего не видела, ничего не слышала, ничего не знает… Или? Была все-таки мыслишка, которая не позволяла ей представить ситуацию именно так. Неспроста ведь учитель сказал 'найди' — она только теперь это осознала. Именно потому, что она искала его, а не представляла себе нужную комнату, ей и удалось попасть к нему и услышать… то, что услышала. И значит, это новый урок. И даже, пожалуй, не один, если учесть подслушанный разговор.
Справиться с волнением до возвращения наставника Дин не удалось. Да и как тут справишься, когда не знаешь, на какой мысли остановиться, кого бояться, а кого — не стоит.
Сертин вышел из зеркала спустя всего пару минут после Дин, пристально глянул ей в глаза, потом дернул за шнурок, отчего зеркало сразу закрылось занавесью, и шагнул к ученице:
— Много слышала? Впрочем, мог бы и не спрашивать, я засек тебя с первой минуты.
— Я так шумно дышала? — криво усмехнулась Дин.
— Нет, просто когда кто-то выходит на тебя через поиск, то внимание чувствуется, даже если человек еще не шагнул на зеркальный путь. Впрочем, по порядку.
— По порядку — это с того, что я… подслушала? — страшно почему-то уже не было.
— По порядку — это с того умения, которое ты сегодня в себе открыла — переходить не в заданное место, а к конкретному человеку. Вот его мы и станем тренировать в ближайшее время. Уверен, тебе это… пригодится. Запомнила, как это сегодня происходило?
— Да, — Дин никак не ожидала, что все пережитое выльется… вот в такой разговор, будто и нет повода для волнений.
Однако повод был. И оба они это знали.
— Я вижу, все же стоит начать с конца. Как ты понимаешь, я не зря предложил тебе 'найти' меня именно сегодня. Я чувствовал, видел, что ты готова к освоению этого искусства, и… знал, какого рода разговор меня ожидает.
— Значит, вы хотели, чтобы я его услышала?
— Разумеется.
— Из всего услышанного я поняла, что мне грозит опасность. И что ее величество почему-то опасается меня. Но я нуждаюсь в разъяснениях.
— Задавай вопросы. Я позаботился о том, чтобы сегодня никто не мог за нами наблюдать.
— Чего боится королева?
— Боится, что Предел — ее детище — будет разрушен.
— Ее? — вслух удивилась Дин, хотя уже начинала догадываться о чем-то подобном.
— Ее. Это была ее идея.
— Но… с тех пор прошла не одна тысяча лет.
— Да. Королева собственной рукой держит узел, который собрала. И живет так долго благодаря энергии путей.
— А вы?
— Я люблю ее. И она делится со мной этой силой, потому что тоже… любила.
— Любила? — ах, совсем не об этом она собиралась спросить.
— Она давно уже любит только эту силу, эту свою бесконечную жизнь, хотя это существование утратило всякий смысл много столетий назад. Сначала я поддерживал ее… потом жалел…
— А теперь?
