Вы думаете, несчастный дождался сочувствия? Сейчас! Ему сунули (о нет, к счастью, не то, что вы подумали) нашатырь под нос, отхлестали свернутым в жгут мокрым полотенцем по упругим ягодицам спортсмена и заставили смыть с девок все следы своего непроизвольного восторга.
Но избавление не наступило и после этого.
Его заставили встать на четвереньки. Таня надела на голое тело сапоги и села на него верхом. А Ира надела на голый зад кожаную юбку, на голый бюст — кожаную жилетку, а из шкафа достала собачий арапник. И два часа они хлестали мальчика по ягодицам, заставляя возить себя вскачь вокруг комнаты! (А ведь это уже садизм! Это уже подсудная статья!)
Волосы их больших половых губ оказались очень жесткими и натерли ему нежную юношескую кожу на пояснице. А паркет оказался очень твердым и набил синяки на локтях. А кончик хлыста попадал по ягодицам больно, а по мошонке — почему-то не больно, и у него все время была эрекция. А они его за это ругали и говорили, что стоячий орган тормозит об воздух во время скачки.
Правда, они накормили его пельменями и напоили портвейном, потому что коньяк кончился. Если бы несчастный знал, граждане, каким унижениям подвергается мужчина за тарелку пельменей и стакан портвейна! Он бы вбил им эти пельмени меж тех уст, откуда никогда не выходило человеческое слово!
Они сообщили, что родом из деревни. Скажите мне, как называется эта деревня, и я переселю ее в Магадан!
— Нам не удалось стать доярками, но мы играли в них в детстве, — сказала Таня.
— Главное для доярки — хорошая корова, — добавила Ира.
Они надели на голые попки передники, присели на корточки с обеих сторон Славика и заставили его опять встать на четвереньки и смотреть им по очереди между ног и рассказывать, что он там видит. Что хорошего может увидеть десятиклассник между ног? Вот именно!
А сами стали «доить коровку», глумливо подставив молочный бидончик. И когда «коровка» все-таки «дала молоко», стали угрожать, что не перестанут, пока бидон не будет полный.
— Для повышения удоев рекомендуется включать классическую музыку и делать массаж вымени, — сказала Таня.
Но вместо классики включила буржуазный рок-н-ролл, хотя массаж и стала делать.
— А если удои низкие, то коровку отправляют на мясокомбинат, — пригрозила Ира и принесла из кухни кухонный нож.
Тут Славик нож у них отобрал и доиться больше не захотел. Но когда он хотел уйти домой, оказалось, что его одежда плавает в ванной. Идти домой было не в чем. Тем более что настала, тем временем, середина ночи.
Подруги стали готовиться ко сну. Они разложили двуспальный диван и застелили свежими простынями. Но когда измученный Славик хотел лечь на диван и поспать хоть немного перед завтрашней контрольной по математике — его спихнули на пол!
И вот настала ночь. Она принесла отдых?! Чтоб так отдыхали наши классовые враги — американские империалисты!
Весь остаток ночи две развратницы занимались на своем диване лесбийской любовью. Они щекотали руками друг другу половые губы и клиторы. Они потирались промежностями одна об другую. Они ложились валетом и лизали друг друга между ног розовыми язычками.
— Ой-е-е-е-е-е-е-е-ей!.. — пищала блондинка Таня.
— Ах-х-х-х-х-х-х-х-х!.. — хрипела брюнетка Ира.
А когда мой сын хотел приблизиться, они ударили его собачьим хлыстом!
И всю ночь до рассвета несчастный положительный ученик был вынужден заниматься онанизмом на собачьем тюфячке! Есть ли на свете страдание горше?!
Контрольную и все остальные уроки он проспал в забытье, измученный на оскверненном тюфячке. А потом — ему швырнули в лицо одежду и выгнали вон. Одежда была предательски выстирана и выглажена, сухая, чтобы скрыть следы преступления.
И бедный Славик пошел домой. Он был осквернен и надруган — и при этом все равно не был допущен к таинству любви. Представьте себе состояние чистого, но темпераментного юноши. Какие чувства и мысли его обуревали!
Уже на подходе к дому он встретил соседку из девяноста третьей квартиры, пенсионерку Елену Трофимовну.
— Простите, молодой человек, — окликнула она. — У вас бы пять минут не нашлось?
Славик споткнулся, будто его подстрелили. Елена Трофимовна поднялась с лавочки в тени акации.
— Вы бы не помогли мне чуть-чуть передвинуть шкаф? — спросила она.
Глаза у Славика сузились. Он тяжело задышал.
— И дверь в квартиру надо помочь открыть? — утвердительно спросил он.
— Надо! — обрадовалась простодушная старушка. — Уж я как с этими ключами кажный раз мучусь-мучусь!..
— Ну пошли, — со скрытой угрозой сказал Славик.
Они вышли из лифта и, легко проворачивая ключ в замке, он спросил:
— А шкаф — он в ванную мешает свободно проходить?
— Точно! — обрадовалась пенсионерка. — Именно что мешает. А ты как угадал?
— Уж я угадал, — процедил Славик. — И кран в ванной надо бы посмотреть, что-то он плохо работает, верно?
— Ой и верно! А посмотришь, чегой там?
— Посмотрю, — тяжело пообещал Славик и втолкнул ее в прихожую.
— Сымай штаны, стерва!! — не владея более собой, заорал он.
— А?! — перепугалась она, не поняв.
— Ложись, сука!!! Ноги раздвигай, гадина!!! — И повалил ее не пол.
