— Твоя каравелла тут до октября будет мариноваться, а мне бы третий лейтенант не помешал. Не хочешь смотаться до Антверпена и обратно?
— Софи! — Ричард пронзительно посмотрел в софочкины глаза. — Между нашими поговаривают, будто для ваших флейта и шхуны обратная дорога станет очень трудной.
— Спасибо, Рич, — вдруг тёплым голосом ответила Сонька. И, ничего не добавив, снова пропала внутри нашего сознания. Прям, словно девчонка смущается.
— Всё-таки пойдёшь? — совсем ещё юный лейтенант определённо огорчился. — Ладно, я с тобой, — и помчался в сторону недавно прибывшего из Англии судна, стоящего под разгрузкой.
"Уж не зазноба ли случилась сердцу капитанскому" – подумал я для реципиентки, получил по мозгам и ушел в отключку.
Вышли мы в Белое море без затруднений и двинулись, лавируя, в направлении гирла – дуло с носовых курсов. Рич, бывая вахтенным начальником, не сразу сообразил, насколько круто к ветру способна идти наша шхуна, всё боялся увалиться, хотя сам в управлении парусным судном далеко не новичок. Но после пары смен галса почувствовал грань разумного и перестал волноваться больше необходимого.
Сопровождал груз воеводы русский дворянин, чин которого – сын боярский. То есть и шишка не великая, но и не простой мужик. Вообще-то в этих средневековых табелях о рангах много мест, которые разумом сразу и не уловишь – тут или печёнкой нужно чуять, или сызмальства срастись с обстановкой. А то всякие постельничьи, доезжачьи или тиуны – это же целый клубок непонятных слов. Что здесь звание, что – должность, а что титул – тут без подробного разбирательства не поймёшь. Хуже морской терминологии.
Носил этот человек одежду из богатой ткани и проживал в кубрике вместе со всей своей командой из шести очень крепких дяденек, из которых как минимум двое обязательно бодрствовали, стараясь уследить за всем, что случалось на судне и вокруг него. Но пару дней не происходило вообще ничего, кроме редких смен галса.
И вот шедший впереди в пяти кабельтовых флейт поднял сигнал "Вижу неприятеля".
"Энтони" ответил: "Приказываю вступить ко мне в кильватер" и принялся раскочегаривать мотор.
— Консуэла! — распорядилась капитан-мэм в переговорную трубу. — Подай обильный обед сопровождающим груз, — Сонькины предположения сбылись, а предупреждение мистера Клейтона оказалось своевременным. Здесь в гирле Белого моря нас поджидают три английских вооружённых корабля. Хотя, в эти поры даже торговцы без пушек на борту в море не выходят. Так вот – сейчас их видит только матрос с марса "Агаты", поэтому мы торопимся избавиться от нежелательных свидетелей – доверенного лица воеводы и полудюжины его охраны. Могучих парней, способных есть за троих. Сегодня наш кок их обильно накормит и подаст рома, после чего парни непременно уснут не меньше, чем часа на четыре. Отец вряд ли станет церемониться со своим гостем-купцом, которого попросту запрут в каюте – он не дворянского звания. Дело в том, что этих собравшихся нас проучить подлых прислужников из Английской Московской компании нам категорически нельзя отпускать живыми. Поэтому мы не только не пытаемся избежать встречи с ними, а сами на неё нарываемся.
Хотя внешне это незаметно. Мы ломимся в бейдевинд, залипнув в ветер, а бандитское трио свободно в маневре – нависает с наветренной стороны. Флейт потихоньку отстал от шхуны, а три крупных торговца согласованно становятся бортом прямиком к нам в нос.
Наши паруса исчезают с мачт в считанные минуты, вскипает бурун за кормой, и до того, как дистанция сократилась до расстояния прицельного выстрела из пушки, шхуна уверенно двинулась за корму последнего корабля этой относительно короткой линии. Выстрел, и наш книппель сорвал бизань с замыкающего. Ещё выстрел – порван грот-марсель.
— Стоп! — приказ в машинное. Разворот при движении по инерции и наша пушка окончательно "раздевает" замыкающего. Пара "бомбических" выстрелов по корме на случай, если тамошние канониры заряжают ретирадные орудия – а то они нас с борта ждали.
— Ход! — новая команда в машину, и мы отходим вправо, чтобы не угодить под бортовой залп – противник потерял подвижность, но не боеспособность.
Оставшаяся "нецелованной" парочка успела отбежать почти на милю, привелась к ветру и теперь брасопит паруса на другой галс. Подойти бы к ним прямиком, пока экипажи заняты работами на мачтах, но простреливаемая с "подранка" область не пускает. Обходим по широкой дуге, видим клубы дыма, скачущие по воде ядра – велико расстояние, к тому же качка мешает прицеливанию, да ещё и верхняя кромка пушечных портов не позволяет поднять жерла орудий достаточно высоко.
Выбрав подходящий момент наш пушкарь отправляет снаряд по крутой навесной траектории с расстояния, превышающего милю. Отличный выстрел, жалко, что мимо цели – развернувшийся в полёте книппель грозно вспенил воду, не преодолев и половины пути. Но как он завывал!
