– У меня в рюкзаке фонарик…
– Вот он, бери. – Расселл передал фонарик Госну. Тот улегся на землю и попытался заглянуть в откопанную Расселлом пустоту. Там было темно, конечно, и он включил фонарик… Электрические провода и что-то еще, какая-то сетка.., решетка, точнее. По его расчетам он осмотрел восемьдесят сантиметров нижней поверхности… И если это настоящая бомба, поверхность ее не должна быть такой гладкой. Ясно. Госн бросил фонарик американцу.
– Мы напрасно потратили пять часов, – заметил он.
– Почему?
– Не знаю, что это за штука, но точно не бомба. – Госн сел, затрясся от нервного перенапряжения, но быстро овладел собой.
– Тогда что?
– Думаю, какое-то электронное следящее устройство или, может быть, система предупреждения. Возможно, подвесная съемочная камера – с объективом в нижней части. Но все это не имеет значения. Самое главное, что это не бомба.
– Что теперь?
– Заберем ее с собой. Эта штука, должно быть, ценная. Может быть, продадим русским или сирийцам.
– Значит, старик беспокоился понапрасну?
– Точно. – Они встали и пошли к грузовику. – Можете не беспокоиться, все в порядке, – сказал Госн крестьянину. Успокоить его стоит, но зачем забивать ему голову ненужными подробностями? Старик с благодарностью поцеловал грязные руки Госна и затем руки американца, что особенно смутило того.
Шофер развернул грузовик и подвел его задним ходом к воронке, стараясь причинить как можно меньше вреда растениям. Расселл следил за тем, как двое бойцов наполнили песком полдюжины мешков и кинули их в кузов. Затем обвязали бомбу тросом и начали вращать ручную лебедку. Бомба – или то, что она напоминала, – оказалась тяжелее, чем они ожидали, и Расселл взялся за ручку лебедки, еще раз продемонстрировав огромную физическую силу, – он вращал лебедку один. Арабы наклонили А-образную опору вперед, затем уложили бомбу между мешками с песком. Наконец ее закрепили на месте веревками, и работа была закончена.
Крестьянин, однако, не захотел отпускать их сразу. Он принес чай и хлеб, настаивая, что должен покормить бойцов перед отъездом, и Госн согласился, проявив при этом уместную благодарность. Перса тем как грузовик выехал с огорода, четыре ягненка прибавились к его грузу.
– Ты поступил правильно, дружище, – заметил Расселл, когда дом старого друза остался позади.
– Может быть, – устало ответил Госн. Нервное напряжение утомляло его намного больше, чем сама работа, хотя американец, судя по всему, легко справился и с тем и с другим. Два часа спустя они вернулись в долину Бекаа. Бомбу – Госн не знал, как называть ее по-другому, – небрежно сбросили перед мастерской, и все пятеро отправились отведать ягнятинки. К удивлению Госна, американец никогда не пробовал этого деликатеса, и он с радостью приобщил своего друга к новому для него арабскому блюду.
– У меня есть кое-что интересное, Билл, – заявил Мюррей, войдя в кабинет директора ФБР.
– Что именно, Дэнни? – Шоу поднял голову от письменного стола.
– В Афинах убили полицейского, и греки считают, что это – дело рук американца. – Мюррей проинформировал Шоу о подробностях.
– Сломал ему шею голыми руками? – спросил Билл.
– Да. Полицейский был небольшого роста, худым, – ответил Мюррей, – и все-таки…
– Господи… Ну хорошо, давай посмотрим. – Мюррей передал ему фотографию. – Ты считаешь, что нам знаком этот парень? Снимок далеко не лучшего качества.
– По мнению Эла Дентона, это может быть Марвин Расселл. Сейчас Дентон пропускает оригинал слайда через компьютер. Отпечатки пальцев или другие улики отсутствуют. Автомобиль взят в аренду третьим лицом, которое исчезло, а скорее всего никогда не существовало. Водитель неизвестен. Как бы то ни было, описание соответствует нашим сведениям о Расселле – невысокого роста, широкоплечий, очень сильный, цвет кожи и черты лица напоминают индейца. Одежда точно американская. Чемодан тоже.
– Выходит, по твоему мнению, он скрылся из страны после того, как застрелили его брата.., ловко, – заметил Шоу. – Он умен и хитер, правда?
– По крайней мере у него хватило сообразительности вступить в контакт с арабом.
– Ты так считаешь? – Шоу внимательно всмотрелся в другое лицо на фотографии. – Но почему араб? Может быть, это грек или представитель другого народа, живущего на берегах Средиземного моря. Для араба у него слишком светлая кожа, но лицо самое обыкновенное и, по твоим словам, он не проходил у нас. Интуиция, Дэн?
– Да. – Мюррей кивнул. – Я проверил досье. Конфиденциальный источник сообщил нам несколько лет назад, что Марвин тогда ездил в Европу и установил контакт с Народным фронтом освобождения Палестины. Афины – удобное место для того, чтобы восстановить связь. Нейтральная страна.
– И в то же самое время это удобное место для заключения сделки о поставке наркотиков, – предположил Шоу. – У нас есть последняя информация о братце Марвине?
– Очень мало. Наш лучший осведомитель снова попал в тюрьму – затеял драку с парой полицейских в своей резервации и проиграл.
