К НЦВК примыкает помещение поменьше. Там расположено несколько персональных компьютеров фирмы Ай-би-эм – старой системы с гибкими дисковыми накопителями 5,25 дюйма. Это и есть "горячая линия" – прямая линия связи между президентами США и СССР. Ответвление в НЦВК, хотя и является главным, представляет собой всего лишь одно из нескольких. Это обстоятельство малоизвестно в Америке, однако об этом намеренно сообщили русским. Прямая связь между двумя странами потребуется даже в случае продолжающейся атомной войны. Если Советы будут считать, что единственный канал связи проходит здесь (как полагали некоторые "эксперты" три десятилетия назад), они постараются сохранить его и тем самым выведут район из-под ядерного удара.
Это, подумал капитан первого ранга Джеймс Росселли, было еще одним примером теоретически разработанной чепухи, которую никто не ставил под сомнение, но которая издавала зловоние в Вашингтоне, и особенно в Пентагоне. Для Росселли столица США – город Вашингтон, округ Колумбия, – представляла собой участок в 300 квадратных миль, окруженный действительностью. Интересно, применимы ли законы физики к этому району, расположенному между шоссе 495 и кольцевой дорогой вокруг столицы? – подумал он. Что касается законов логики, то он давно уже понял, что здесь их не существует.
Объединенная служба, подумал про себя Росселли и фыркнул. Еще одно усилие конгресса перестроить военную машину – любопытно, что сделать то же самое со своей организацией им не удалось, – предписывало, что старшие офицеры, стремящиеся к адмиральскому званию. – а кто к тому не стремился? – должны проводить часть служебного времени в тесном общении с офицерами того же ранга из других родов войск. Росселли так никто и не объяснил, каким образом общение с полковником полевой артиллерии может улучшить его профессиональные навыки командира подводной лодки, но, по-видимому, это никого не интересовало. Было просто принято на веру, что перекрестное опыление полезно, поэтому лучших и самых способных офицеров отрывали от исполнения прямых обязанностей и назначали на должности, о которых они не имели ни малейшего представления. Разумеется, эти офицеры так никогда и не овладеют своими новыми обязанностями, но все-таки могут научиться чему-то, что представит немалую опасность, и к тому же потеряют навыки своей профессии. Так виделась конгрессу военная реформа.
– Принести кофе, капитан? – спросил его армейский капрал.
– Да, но без кофеина, – ответил Росселли. Если мое настроение будет и дальше ухудшаться, я начну кидаться на людей, подумал он.
Работа в Пентагоне содействовала продвижению по служебной лестнице. Росселли знал это, как и то, что отчасти его назначение сюда произошло по его же вине. Профессией его были подводные лодки, но на протяжении всей карьеры он занимался и разведкой. Он уже провел некоторое время в штаб-квартире морской разведки в Сьютлэнде, штат Мэриленд, недалеко от военно-воздушной базы Эндрюз. По крайней мере сюда, в Пентагон, было легче добираться – его разместили на военно-воздушной базе в Боллинге, и поездка на службу в Пентагон по шоссе 295/395 занимала немного времени. Здесь Росселли ставил свою машину на отведенное ему место – еще одна привилегия для старших офицеров, проходящих службу в НЦВК, за которую стоило бороться.
Когда-то служба здесь проходила относительно интересно. Он вспомнил время, когда русские сбили корейский Боинг-747, и другие случаи, а во время войны с Ираком здесь царил, наверно, волнующий хаос – старший дежурный офицер чувствовал себя в центре событий, если, разумеется, не приходилось отвечать на бесчисленные телефонные звонки с вопросом "что происходит?" каждому, кому удавалось раздобыть номер прямого телефона. А сейчас?
Сейчас – это Росселли видел на экране телевизора, стоящего у него на письменном столе, – президент собирался обезвредить самую большую в мире дипломатическую бомбу, и скоро обязанности дежурного офицера будут заключаться в приеме сигналов о столкновении судов в море, разбившихся самолетах или несчастных случаях с неуклюжим солдатом, по которому проехался танк. Подобные события были тоже немаловажными, но не представляли собой особого профессионального интереса. Итак, вот он, сидит за столом. Работа с бумагами закончена. В этом Джим Росселли неплохо разбирался – научился перекладывать бумаги в военно-морском флоте, а здесь у него были отлично подготовленные помощники, – так что остаток дня придется сидеть в надежде, что что-нибудь произойдет. Проблема заключалась в том, что Росселли любил действовать и ненавидел ожидание, да и кому хочется, чтобы произошла какая-нибудь катастрофа?
– День сегодня будет спокойным. – Это подошел старший помощник Росселли, подполковник Ричард Барнс, – у себя в ВВС он летал на истребителях-бомбардировщиках Ф-15.
– Думаю, ты прав, Рокки. – Именно это мне и хотелось услышать! – подумал Росселли и посмотрел на часы. Их дежурство длилось двенадцать часов, так что оставалось еще пять. – Черт побери, мир становится по-настоящему спокойным.
