Она очнулась в больничной палате. Сквозь неплотно задвинутые шторы пробивалось утреннее солнце, по потолку бегали солнечные зайчики.
Палата была небольшой, на одну койку. На прикроватном столике стояла старинная кружевная ваза, из нее выливался влажный туман, облегчающий дыхание.
Ваза смотрелась странно среди больничного пластика. Еще один альвийский артефакт, догадалась Анна, в очередной раз испытав сильную благодарность: Оэр, как выяснилось, без дела не сидел. Он обеспечил Анин дом защитой, через которую не смогли проникнуть сторонники Дафны.
То-то Аня удивлялась, что дамы из мистресс-клуба перестали ее посещать. Интересно, на что Оэр завязал защиту, как поставил фильтр. На безвинно пролитую кровь?
Дверь распахнулась, и в палату, опираясь на трость, зашел Люк.
Анна жадно его разглядывала, внезапно выступившие слезы не давали ей заговорить. Она молча протянула ему руку. Танроу сжал ее, порывисто вздохнув. Он держал букет цветов. Очнувшись, воткнул его в вазу-артефакт и сел рядом с кроватью.
— Эйджи? — прохрипела Анна.
— С ним все прекрасно. Он с Бриллой. Капризничает, требует маму, но Лоу и Эйтан его развлекают.
— Лоу?!
— Да, кот привел нас к тебе. Сами бы мы ту прекрасную ночную вечеринку не нашли. Даже комментировать не стану тот путь, которым тебя на нее занесло. Я же столько раз предупреждал…
Аня фыркнула. Да уж, просто событие года, которое она и рада была бы пропустить, но пришлось явиться. Итогом «вечеринки» стала гибель нескольких человеком от ее, Аниной руки.
— У Пинны Лестеер случился инсульт, — пояснил Танроу.
— Значит, это не я ее…
— Не ты. А по поводу Дэклера даже жалеть не смей.
— Не буду, обещаю. Где они сейчас… все они?
Люк встал и похромал к окну. Было заметно, что ноги еще не восстановились. Аня с ужасом подумала, что бы было, если бы Танроу отказался принимать зелья Оэра. Его тело и аура оказались бы слишком слабым.
— Несколько часов назад их забрали спецслужбы. Город в шоке. Совет тут же засекретил часть информации. Дафна и еще несколько человек, как я предполагаю, пойдут под суд за убийство в составе группировки. Правительству нужно закрыть дела погибших девушек и успокоить общественность. Что станет с остальными, кто был по-настоящему зачарован, не знаю. Но, думаю, никто никогда не узнает, что всему виной – дар рода горных василисков, позволивший заурядной горожанке пять лет истреблять неугодных ради якобы процветания Лонто-хейма. Правда окончательно подорвет доверие к старым родам. Э-лан-драку это не нужно. Однако, считаю, что-то они сделают. Ограничат использование дара, усилят меры по контролю… вариантов несколько.
— Как ты… как у тебя получилось встать на ноги?
Люк улыбнулся и покачал головой, словно сам не верил:
— Я обернулся. Знаешь, в кого? Не поверишь – в дракона. Кровь матери оказалась сильнее. Я сидел в коляске у начала тропы, разговаривал по рации. Саймон рвался наверх, но я его отговаривал, а сам понимал, что… опаздываю. И кот… кот отказывался идти вперед без меня, терся об мои ноги. Но мы хотя бы узнали, какая тропа. И тут вдруг… оно налетело, в меня словно молнию всадили… синюю. Было дико больно. Очнулся драконом. Саймона отнесло к дороге, он сейчас тут, в больнице, лечит плечо. Я долго думать не стал, попытался взлететь. Не вышло, меня помотыляло над кустами… а потом дракон внезапно… ушел. Я пришел в себя, выломал палку и пошел. С каждым шагом становилось легче. Лоу бежал впереди, останавливался и подвывал, если я за ним не успевал. А потом он просто растворился в темноте. Но мы уже дошли.
— Это был мой дракон, — тихо сказала Анна. — Он почему-то перестал подчиняться и переместился в тебя.
— Оэр все объяснит, я думаю, — неуверенно проговорил Люк. — Он приехал вчера утром.
— Как вчера?! Сколько я спала?
— Больше суток, любимая…
... Оэр действительно все объяснил. Он не ошибся: дракон пришел к Анне как к страннице, предоставив ей защиту и чувствительность для разоблачения сил зла. Однако Анна доверила свою жизнь любимому мужчине, приняв его покровительство и признав его силу. В драконьих парах носителем силы всегда был мужчина. В решающий момент дракон выбрал сильнейшего, жаждущего чуда.
— И еще ты выпила капли Люка, — с упреком напомнил альв. — Они притупляют дар.
— Я не знала.
— Все закончилось хорошо, и это главное, — пробормотал Саймон.
Брат Анны до сих пор был в шоке. Он приехал к своей сестренке, которую помнил тихой безропотной девушкой, а застал... такое. Аня попросила Люка, Оэра и Гельду не рассказывать о том, что место Анны заняла странница. Сай и так был впечатлен сверх меры.
— Как Гвен? — состояние юной альвийки беспокоило Аню.
Это же сколько всего ужасного она перенесла, а сколько еще впереди! Гвенде придется давать показания, это вне сомнений. Даже влияние Эвелейнов не сможет оградить ее от разбирательств.
— Наши лекари уже сделали ей несколько пластических операций. К ней вернется прежняя красота. Но душа… Только земля Эль-ЛЛиоля способна излечить такое, и, боюсь, без особой терапии тут не обойтись, — грустно заметил Оэр.
