Он коснулся губами моих губ, и меня захлестнула теплая волна эмоций. Его поцелуи, поначалу нежные, наполнились страстью. Он взял меня на руки и понес в спальню, наполненную звездным светом, положил на кровать, расстегнул свою рубашку, снова поцеловал меня и стащил с меня через голову платье, уронив его на пол. Его рука гладила мои ноги, груди, и я нежилась под его прикосновениями, потом ахнула, когда он прижал меня к себе. У него участилось дыхание, он поцеловал мою шею, заглянул мне в глаза.
– Доверься мне, – прошептал он, раздвигая мои ноги. – Обещаю, что не сделаю тебе больно.
– Но что, если…
Он положил палец мне на губы, покачал головой и снова поцеловал меня.
– Никаких «что если».
Я ощущала его желание – жаркий огонь, безудержно пылавший в его теле. Но я не боялась его. Я была в безопасности. Я закрыла глаза, нашла его губы своими, покорилась ему, и наши тела соединились.
Я открыла глаза, услышав звонок телефона, доносившийся из гостиной. Было еще темно, вероятно, часов пять утра. Виктор еще спал; простыня накрывала нижнюю половину его нагого тела. Он не пошевелился, и я решила его не будить. Вместо этого я слезла с кровати и пошла на цыпочках к двери, чуть не споткнувшись о мою сумку.
– Алло? – прошептала я в трубку. Слышимость была никудышная, сплошной треск, и я еле слышала звонившего. – Алло? – повторила я.
– Вик? – спросил женский голос. – Вик, это ты? Звонит Эмма.
У меня встали дыбом волосы на загривке, а из пальцев выпала трубка и повисла на шнуре. Я схватила ее и положила на аппарат.
Кто такая Эмма? Виктор никогда не упоминал о женщине с таким именем. И почему она позвонила ему сюда, да еще в такой ранний час? Я тихонько легла в постель рядом с Виктором, радуясь, что телефон больше не звонил. Он повернулся на бок и обнял меня. Через минуту мы снова занимались любовью, и я забыла про звонок.
– Как мне не хочется уезжать, – сказал утром Виктор, собирая свой чемодан. Он проснулся раньше меня и приготовил для нас завтрак; я уловила вкусные запахи, едва открыла глаза. Я закуталась в халат, пришла на кухню и обнаружила на стойке роскошный омлет, только что из духовки. Через минуту я заметила, что Виктор ходил с палкой в руке по краю бассейна и пытался спасти из воды бабочку. Он осторожно опустил палку в воду, и крошечное существо уцепилось за нее. Через несколько мгновений желтые крылышки замелькали в воздухе, и бабочка улетела, подхваченная утренним бризом.
– Образцовая спасательная операция, – сказала я, выходя в патио. Он выпрямился, слегка смущенный.
– О, доброе утро. Я не знал, что ты встала.
– Только что.
Он оглянулся на бассейн, а когда бабочка опустилась на кипарис, показал рукой на кухню.
– Вот и хорошо, завтрак готов.
– Жалко, что мы не можем остаться еще на день, – вздохнула я, в последний раз взглянув на спальню.
– Мне тоже, – сказал Виктор. – Но я должен вернуться в ресторан.
– Я понимаю, – согласилась я.
Мы убрались в доме, сложили вещи в машину и поехали на станцию. В Париж мы приедем в час дня, и Виктор успеет вернуться в «Жанти» к обеденному наплыву посетителей.
В поезде Виктор дремал, а я смотрела в окно и вспоминала, как чудесно чувствовала себя в его объятьях; кажется, они были для меня даже целебными. Так почему мне показалось, что он был утром каким-то отрешенным? Или я неправильно воспринимала вещи? Потом мои веки отяжелели, я вдруг снова услышала ветер в кронах пальм и ветряные колокольчики. На этот раз я находилась в какой-то художественной студии. В углах комнаты сложены мольберты и холсты. Мои джинсы забрызганы краской всевозможных оттенков. На стене передо мной висит картина из моей парижской квартиры – дворик в Калифорнии. Жарко, я убираю влажную прядь волос со лба, беру чистый холст и ставлю его на мольберт. Берусь за кисть, покачиваясь под тихую мелодию фортепиано, которая звучит то ли рядом, то ли где-то далеко.
Мужской голос произнес мое имя.
– Каролина. Каролина.
Я открыла глаза. Виктор сидел рядом со мной и улыбался.
– Просыпайся, соня. Мы приехали.
Я потерла глаза.
– Ого, оказывается, я заснула.
– Ты проспала целый час, – сообщил Виктор.
Мы вышли в город. Виктор поцеловал меня и стал заказывать такси.
– Мне надо заглянуть к себе, положить вещи и переодеться, потом ехать в ресторан. Ты сможешь сама добраться отсюда?
Я вспомнила, что его квартира была в другой стороне города и нам будет неудобно ехать в одном такси.
– Все нормально, – заверила я его.
Колеблясь, он взглянул на часы.
– Мне надо было бы сначала отвезти тебя домой.
Я покачала головой.
– Не надо. Я знаю, что ты хочешь поскорее вернуться в ресторан. Я доеду сама.
– Окей, – согласился он и снова поцеловал меня.
Мимо прошла темноволосая женщина, и меня пронзило ощущение, что я знаю ее каким-то образом, но прежде чем я успела ее разглядеть, она исчезла за углом.
– Сегодня я освобожусь поздно, но позвоню тебе, когда вернусь домой, если ты еще не будешь спать, – сообщил Виктор, когда подъехало его такси.
– Хорошо, – улыбнулась я. – Было бы хорошо.
Он послал мне из окна воздушный поцелуй, и такси унесло его прочь.
