… всё во Всём полностью

– Нет. Само наше сознание, наше восприятие выстраивает действительность, то есть то, что отражается нашим разумом и воспринимается как реальность, подчиняется математическим законам. Вспомни шары, которые ты только что придумал. Или вот такой пример: ни одно основное положение чистой геометрии не есть аналитическое суждение. В одном из русских фильмов был такой вопрос: «Крокодил, он больше длинный или зеленый?» Такое положение, как прямая линия есть кратчайшее расстояние между двумя точками, это синтетическое положение. В самом деле, мое понятие прямой содержит только качество, но ничего не говорит о количестве. Следовательно, понятие кратчайшего пути целиком присоединяется к понятию прямой линии извне и никаким расчленением не может быть извлечено из него. Поэтому здесь необходимо прибегать к помощи созерцания. При этом мы руководствуемся априорными, безусловными знаниями. Однако, у нас есть основания предполагать, что подобные «вещи» сами по себе существуют. Таким основанием является то, что человеческий разум, такой, как твой, например, неудержимо доходит до таких вопросов, на которые он не может дать ответа в режиме проведения опытов. Кто смог ответить на эти вопросы: что есть и откуда взялись идеи свободы воли, существования Бога и бессмертие души. Откуда у человека эти идеи, если ничего в опыте им не соответствует?

– То есть, математика не позволяет описать мир? Потому что мы построили ее на изначально ограниченном материале? Но выводы математики подтверждаются открытиями, о которых не могли предполагать ее создатели…

Меня вновь вбросило в реальный мир. Кажется, я впервые был не рад возвращению в реальность. Мозг требовал продолжения. Тема была интересной и далекой от меня. В прошлой жизни я точно не смотрел на окружающий мир так внимательно, как сейчас. А мой «собеседник» из философа превратился в пьянчужку в странном костюме, но что совсем ужасно – он уже шел нетвердой походкой к выходу и явно совсем не собирался перевоплощаться еще раз и мой вопрос остался без ответа. Его последняя кружка была допита. Да и с ним ли я говорил?

Еще раз обернувшись вокруг, я никого поблизости так и не увидел. Все были поглощены своими делами. Даже официант все также пребывал в тоске. На меня никто больше не смотрел. Только ароматные гренки ждали моего внимания.

Никаких событий при посадке и перелете из Мюнхена в Салоники не было. Самолет был едва заполнен на треть. Несколько мамаш с маленькими детьми добавили шума в полете. Мы плавно и резко взлетели и также резко и быстро приземлились. По сравнению с моими последними межконтинентальными перелетами, этот прошел мгновенно.

За окном была земля, прославленная царем Филиппом и сыном его – Александром Великим. Бывшая Македония. Греция.

Приземляясь в черное греческое небо, я вновь вспомнил странный экран. Даже достал блокнот и постарался прочитать. Никакой логики в символах я так и не увидел. Прошел таможенные сложности по прилету, получив очередные штампы в многослойный паспорт, и вышел в зону прилета.

Ночью в аэропортах значительно меньше встречающих, такси ходят реже, рейсов немного. Я разыскал классическую вывеску «Хертц» на стенах, черные буквы на желтом фоне, и отправился по указанным в ней реквизитам.