— Какой заботливый… — фыркает она. Аккерман лохматит её мокрые волосы.
— Я надеялся, что ты поняла это раньше всех…
Девушка улыбается и кивает. Леви снова оглядывает всех присутствующих. Такие же мокрые от снега, с розовыми лицами и сияющими улыбками, как и девушка сбоку от него, они, наконец-то, успокоились окончательно. Кто-то до сих пор пытается слепить снеговика из сухого, рассыпающегося снега, а более взрослые стоят и разговаривают друг с другом.
Взгляд Леви натыкается на Майка, корчившего рожи для Хистории, но веселившего, кроме неё, ещё и свою жену, родителей и Сашу с Конни.
Семейное счастье…
Оно же подарило этой паре когда-то и финансовое счастье, и самодостаточность и бесконечный уют. Два человека с разным характером и амбициями, но одними мышлением, целью и мировоззрением сплелись в нерушимый тандем. Дополняют друг друга абсолютно во всём…
Наверное, так и выглядит идеальная жизнь? Жизнь, часть которой он так упорно игнорировал, пока не пришла та, из-за которой игнорировать это стало невозможным.
Тут внезапно сверху раздаётся глухой, деревянный стук, и в следующее мгновение голову Леви накрывает снегом. Спустя секунду раздаётся смех, и первое, что видит Аккерман, открыв глаза, это Микаса, закрывшая одной рукой рот от удивления, а второй держа длинную ветку.
Мозг тут же выдает одну единственную и верную догадку, связав всё увиденное воедино.
Ребенок… глупый ребенок…
Девушка осторожно подходит и стряхивает с головы Леви снег, который тут же падает за шиворот, стоит мужчине только пошевелиться. От неприятного ощущения Аккерман хмурится и прижимает плечи к шее.
— Прости, не рассчитала… — оправдывается девушка, отряхивая его капюшон.
— Как по-взрослому… — бурчит мужчина. — Высокоинтеллектуал…
Микаса поджимает губы, пытаясь сдержать рвущийся наружу смех.
— Меткий удар, Микаса Аккерман! язвительно кричит Имир. Девушка многозначительно переглядывается с ним, а потом поворачивается к остальным и театрально отвешивает реверанс.
Микаса Аккерман…
Как красиво это звучит…
Гораздо красивее чем Микаса Йегер…
Эти миллисекундные мысли проносятся в мозгу совершенно неожиданно, как первая вспышка молнии в самом начале грозы.
— По-моему, если мы сейчас не зайдём домой, мы все друг друга утопим в снегу, — сквозь смех заявляет Эрвин, перебивая все мысли Аккермана.
— Согласен, — ухмыляется Майк.
— Ну, мы тогда, наверное, пойдём, — добродушно заявляет старушка, неловко переглядываясь с мужем. Старик лишь пожимает плечами.
— Ну что вы, зайдите к нам, у нас на всех всего хватит, — заверяет их Ханджи.
— Ну если вы настаиваете…
— Настаиваем. Новый год нужно встречать всем вместе, — поддерживает Ханджи Эрвин, пропуская гостей в дом.
Микаса почему-то не двигается. Леви мягко дотрагивается до её плеча, возвращая девушку в реальный мир.
Она с какой-то странной тоской оглядывает опустевший двор, словно человек, пришедший на место, где не был уже очень много лет, но о котором у него остались самые тёплые воспоминания, которые уже не вернуть.
— И это… всё? — каким-то опустевшим голосом спрашивает Микаса.
— Что всё? — не понимает Леви.
— Ну… — девушка слабо улыбается. — Такого больше не будет?
— Ты о чем?
Микаса резко, почти пугливо поворачивается к нему, как будто бы только что заметив его присутствие, и лишь отрешённо качает головой.
— Нет… ничего… пойдем…
Но смысл её слов вовремя доходит до него.
— Не волнуйся, зная Ханджи, это будет повторяться каждый год…
Девушка тоскливо ухмыляется.
— Пойдем, а то я тебя действительно в снегу утоплю… — и Леви скрывается за дверью.
***
— С Новым годом! — в унисон кричат все гости, в один момент вставая с мест и образовав в середине огромный букет из бокалов с шампанским. Раздаётся беспорядочный звон бокалов, грохот фейерверков за окном, полуночный бой курантов и радостные крики, прекратившиеся только на несколько секунд, когда их обладатели дружно отпивают из бокалов.
— Ребята… — вдруг произносит Ханджи каким-то не своим, печальным голосом. Все, как по приказу, замолкают и оборачиваются на неё.
Микаса испуганно замечает, что на глаза женщины начинают наворачиваться слёзы.
— Я просто… вас всех так люблю… — Зое издаёт короткий смешок, а затем, сразу же, всхлип. — Микаса…
Девушка удивлённо поднимает брови. Ханджи переводит на неё взгляд.
— Спасибо тебе за то, что собрала нас всех…
Кажется время сентиментальных признаний…
— Я не… я просто написала книгу… всё остальное сделала ты…
Ханджи упрямо качает головой:
— Нет… без тебя мы бы не знали друг друга. Нас всех объединила именно ты…
С этими словами Ханджи, обойдя длинный, деревянный стол, обнимает Микасу настолько крепко, что девушка начинает переживать за всё съеденное ранее.
Ханджи кидает хитрый взгляд на Леви, который стоит слева от них, прислонившись бедром о спинку кресла и скрестив руки на груди. Аккерман вопросительно выгибает бровь. Женщина резко хватает его за воротник футболки и тянет на себя:
— А ну идите все обниматься, что встали?
