Всё зелёное полностью

— Это самый лучший поступок, который я могу совершить в этой жизни. Разве плохо спасти человека? — сквозь показное спокойствие прорывался болезненный нерв. — Чтобы он выжил или не стал таким, как я? Ты просто представить себе не можешь, через что ему ещё предстоит пройти. И как всё это отвратительно и ужасно. И что от этого больше никогда не отмыться. И что внутри у него останется не меньше шрамов, чем на руках, гной от которых все будут называть эмоциональной нестабильностью.

— Костя, очнись! Этот мальчик не ты!

— Если мы его не заберем, его уведет кто-то другой, возможно злой и гадкий, или он сбежит сам и растворится в этом мире, будто его и не было, — заговорил он с ещё большей убеждённостью.

— Не выдумывай. Ничего он не сбежит.

— Он уже три раза сбегал. Последний раз пару дней назад слинял. Ночью, пока мамаши не было. Охранник на въезде видел, как он вышел с территории, но остановить не успел.

— Это в тот день, когда мы в 24/7 были?

— Кажется, да. Поэтому пока ей дозвонились, пока она ездила его по всей округе искала, Костя успел полпути до станции дойти. А если бы она его не нашла?

— На чем это она ездила? — я насторожилась. — С кем-то ездила? Или может у них есть машина?

— Я не спрашивал.

— Вот же она причина и повод. Это круто, Амелин! Всё складывается. Я так и знала, что это она. У меня интуиция. Узнав, что Костя сбежал, она стянула ключи у Ярослава и взяла Хайлендер. А когда мальчик нашёлся, просто бросила машину здесь. Нужно парням рассказать.

Амелин откинулся назад и замер:

— Ты меня совсем не слушаешь.

Тоня

Посетителей в караоке клубе было полно. Именно здесь они пили, пели и уже потом ползли на танцы. Красные бархатные диваны, красная ковровая дорожка между столиками, красная с золотом драпировка стены на сцене. Ведущий в красном двубортном пиджаке.

При всей моей любви к красному — на редкость безвкусное, допотопное и душное место. Если бы не Лёха, я бы и минуты там не задержалась. Но он очень настойчиво просил прийти и, что бы не происходило, делать вид, что всё очень круто и так задумывалось.

Марина с Лилей были уже на месте. Лёха познакомил меня с ними. Амелин просто кивнул. Он был не в настроении и идти не хотел. Я тоже не хотела, но Лёха сам зашёл к нам и слёзно умолял «не бросать», потому что Тифон с Ярославом умотали в тренажёрку.

Больше всего при этом Лёху возмущало то, что Трифонов, с которым он так и не помирился, столько времени проводил с Ярославом, считавшимся долгие годы их заклятым врагом. Раньше Тифон приходил в бешенство при одном только упоминании его имени, теперь же они спокойно обсуждали машины, боевых чемпионов, футбол и даже смеялись. Лёха дулся на них с детской капризной ревностью и, якобы не желая оставаться с ними в одном номере, надеялся, что Марина с Лилей оставят его ночевать у себя. О чём так прямо им и заявил минут через пять после того, как мы пришли.

Девушки посмеялись и спросили кто такие Тифон с Ярославом, Лёха ответил, что это тупоголовые, раскаченные пацаны, у которых проблема с гормонами и самооценкой. Марина поинтересовалась, почему ему приходится жить в одном номере с подобными ребятами, и Лёха не нашёл ничего лучшего, чем сказать, что они его телохранители.

Блондинки поверили, а я пожалела, что парни его не слышат.

— Как-то раз, — подключился Амелин. — Когда Лёха выступал в Сургуте, к нему в номер заползла змея. И ему пришлось забраться на шкаф и сидеть там до тех пор, пока не пришёл Тифон и не разорвал её голыми руками.

— Да ладно? — ахнула Лиля. — Прямо живую змею разорвал?

Мы втроём сидели на одном диване. Девушки через столик напротив.

— Ага. Питона.

— Странно, — захлопала ресницами Марина. — Откуда в Сургуте питоны?

— Питоны везде могут быть, если живешь на одном этаже с гастролирующим цирком, — не моргнув и глазом ответил Амелин.

Его умение задуривать голову неправдоподобными историями стоило занести в Книгу рекордов Гиннеса.

— Но питон огромный. Толстый и сильный. Разве его можно разорвать? — ещё немного сомневалась Лиля.

— Тифон может. Он очень крутой, — Амелин убедительно закивал и повернулся ко мне. — Да, Тоня?

— Странное имя – Тифон, — сказала Марина. — Старославянское?

— Почти, — с таинственным видом, будто собирается сказать нечто важное, Амелин наклонился к ней:

— Младшего между детьми, Тифоея, Земля-великанша

На свет родила, отдавшись объятиям Тартара страстным.

Силою были и жаждой деяний исполнены руки

Мощного бога, не знал он усталости ног; над плечами.

Лица обеих девушек сделались растерянными и одновременно заинтересованными.

— Над плечами сотня голов поднималась ужасного змея-дракона.

Влагу несущие ветры пошли от того Тифоея,

Все, кроме Нота, Борея и белого ветра Зефира.