— Это только разведка, — сказал я без уверенности. — Перед началом войны в разведку ходят уже большими отрядами. Это у нас называется разведка боем… Раз уж догнать и захватить по дороге не смогли, то послали донесение руководству. Скоро прибудет их лорд, что уполномочен вести переговоры. Не с нами, а с лордом, давшим убежище.
Он проворчал с достоинством:
— Мой ответ они знают.
— Но разговор будет, — сказал я. — А какой… увидим.
— Думаете, — спросил он с любопытством, — будут угрозы? Или подкуп?.. Наш король быстр и горяч. Посмотрим. Скорее всего, ждать придется до восхода солнца.
Восхода ждать не пришлось, уже через пару часов с той стороны ворот красиво и торжественно пропел рог. Я поспешил по стене поближе к тому месту, видел, что ворота не открыли, но сверху с помоста лорд Квенард склонился через парапет и общается со всадником, что до этого молча возвышался в седле, поглядывая на рогоносца, что трубил и трубил все громче.
Всадник высказал, с чем он прибыл, хозяин замка ответил так же коротко и, судя по его лицу, решительно.
Когда переговорщики отбыли, я поспешил к лорду Квенарду. Он повернулся ко мне, заметно помолодевший от возбуждения, расправивший плечи и как будто даже ставший выше ростом.
— Глерд Юджин?.. Вы видели?
— Да, — ответил я. — Предпочел не показываться, чтобы не ставить вас под удар.
Он нахмурился:
— Как это? Я и не скрывал, что вы у меня в гостях.
— И они потребовали…
— Естественно, — ответил он с небрежностью. — Именем короля. Тем самым признались, что злодейское похищение было с ведома короля. Более того, именно король велел им, иначе бы сейчас не было всего этого… Какой стыд!
— И что, — спросил я осторожно, — вы им ответили?
Он сказал звучным голосом:
— Я и раньше осуждал попытки короля подгрести под себя всю власть в королевстве! Нельзя попирать наши древние обычаи, на которых зиждется право и справедливость!.. И потому я вправе давать убежище всем, кто об этом спросит. Так я им и ответил.
— А они?
Он пожал плечами.
— А что они могли? Это наше законное право. Если бы оно не уравновешивало дурь королей, страна бы рухнула.
— Прекрасная позиция, — сказал я с чувством. — Демократическая, многополярная. Ограничивающая самодурство единовластного правления!
Он гордо выпрямился.
— Они могут, — прогремел он мощным голосом вождя племени, — разнести замок до основания, но никто из нашего рода никогда не опускался до такой низости, чтобы выдать беглецов!.. С их стороны даже предлагать такое — оскорбление!
— Вы достойный продолжатель рода, — сказал я с чувством. — А ваши сыновья, уверен, унаследовали ваши качества… Но особенного самопожертвования не потребуется, лорд Квенард, правда-правда! Я побуду еще чуть, чтобы дать возможность старому лекарю с помощником уйти подальше, а потом и сам скроюсь.
— Вы уверены…
— Да! И вы можете смело открывать ворота… Им нужны только мы, а вы под защитой древнего и освященного обычая.
Он посмотрел на меня исподлобья.
— Но как вы сможете?.. Отсюда только одна дорога, но ее перекрыли. И никаким героям не прорваться.
— У нас получится, — заверил я. — Лишь бы ничего не помешало. Непредвиденное. Но если хорошо планировать, то можно предвидеть и непредвиденное?
Он наклонил голову.
— Мы попробуем.
Несколько минут он наблюдал за перестроением отрядов внизу по дороге. Места там мало, приходится ужиматься, вряд ли что-то получится, подозвал управляющего и велел в случае каких-то изменений срочно посылать за ним, а сам ушел в донжон.
Я прошелся по стене вдоль замка, внизу мир выглядит страшноватым: ярким и почти солнечным в тех местах, куда падают лунные лучи, и с непроглядной тьмой рядом во впадинах. Представляю, как страшно было опускаться Фицрою в черноту, а потом еще и Рундельштотту…
С навеса над воротами виднее всего, как они там передвигаются, то и дело посылают вниз всадников.
Внезапно ощутил холод, но теперь уже не стал в недоумении оглядываться по сторонам: где это стучат, а чуть ли не кувырком ринулся вниз по ступеням, чувствуя, как холод пробирает все сильнее, уже в костях…
Соскочив на землю, метнулся в сторону, и тут же страшный грохот потряс землю. Несокрушимые, как мне казалось, огромные ворота, на которых я только что беспечно щелкал хлебалом, влетели вовнутрь двора, задев меня тугой струей раскаленного воздуха.
Их пронесло до самого донжона, с грохотом разбило в щепки о каменную кладку, оставив облако горящей пыли, огня и дыма.
Я нашелся быстрее других, вот уж хитроумный Одиссей, заорал застывшим в ужасе воинам:
— Быстро баррикаду!.. Быстрее!.. Заложить пролом камнями, деревьями… чем угодно!
Снизу крикнул один из воинов:
— Они пошли на приступ!
— Я задержу, — пообещал я.
Взбежав на стену, рассмотрел, как военачальники начали поднимать воинов короля, те дисциплинированно выстроились, а затем с криками ринулись в сторону огромной дыры в воротах.
Слева выметнулся отряд конных, впереди двое с поднятыми клинками, торжествующие, победные…
— Хорошо же, — прошептал я, — как вы к нам, так и мы к вам…
