У меня могучее терпение. Я динамит огромной разрушительной силы, но с очень длинным бикфордовым шнуром.
— Послушай, а что ты хочешь от меня? — уточнил я.
— Чтобы вы вернулись на указанный мною маршрут и выполнили поставленную задачу!! — вопил мой юный самозваный начальник.
— Так мы и так на маршруте.
— Нет!! Это ложь!! Вы совсем не там, где должны быть! Я сейчас отправлю новые координаты! Идите по маршруту! Не задавайте идиотских вопросов! Не отвлекайтесь ни на что! Не останавливайтесь! Ни с кем не связывайтесь…
Кажется, Фролов собирался сказать мне еще что-то важное, но я отключил трубку и затолкал гаджет в карман.
— Командир, он ставит нам нереальные задачи, — сказал Остап и все-таки надломил лепешку и отправил кусочек в рот.
— Меня беспокоит другое, — отозвался Смола, крепко завинчивая крышку на бутылке с водой. — Откуда он знает, что мы ушли с маршрута?
— Я тоже обратил на это внимание, — подтвердил Удалой. — Он не на пушку брал. Он точно знает, что мы ушли.
— Следит за нами в бинокль? — предположил Остап, огляделся вокруг и сам же ответил на свой вопрос: — Это невозможно. Мы то бежим, то ведем бой, то петляем по ущельям. Он не смог бы висеть у нас на хвосте все это время.
— Вариант второй, — продолжал Удалой. — Кто-то из нас по связи сливает информацию Фролову.
— Фантастика, — зевнув, ответил Остап.
— Фантастика, — согласился Удалой.
Мы помолчали. Американец с плохо скрытой тревогой поглядывал на нас. Не понимая русской речи, он предполагал, что сейчас решается его судьбы и судьба его несчастных товарищей.
— И, наконец, третий вариант, — сказал я и, отстегнув закрепленный на майке маячок, положил его на ладонь, чтобы всем было видно. — Если это простой маячок для подачи светового сигнала, то он должен состоять из банальной лампочки и элемента питания.
Я, словно лектор-физик, проводящий опыт, надломил маячок. Верхняя крышка лопнула. Я сковырнул ее ногтем. Внутри оказалась плата со сложной микросхемой и чипом.
— Радиомаяк, — первым догадался Удалой. — Все просто и банально до тошноты.
— Значит, он контролирует каждый наш шаг? — покачал головой Остап, вынимая из кармана свой маячок и глядя на него, как на гранату без чеки.
— Пусть контролирует дальше, — едко процедил Смола, подошел к ишаку и к моему величайшему изумлению ловко вставил свой маячок животному в зад.
Ишак негромко икнул, мотнул головой, топнул копытом, но тотчас успокоился.
Эта забава всем нам сразу понравилась. Так как самое интересное место было уже занято, Остап сунул свой маячок в мешок, привязанный к спине животного, где еще недавно лежали продукты. Удалой, не желая повторяться, с задумчивым видом дважды обошел вокруг ишака, пытливо разглядывая то его уши, то нос, то пасть. В итоге затолкал маячок под тряпку, которой была плотно обмотана правая задняя нога ишака.
Остап мощным шлепком по крупу отправил ишака в стремительный галоп. Униженное животное, часто перебирая ногами, понеслось куда-то по пустынным холмам к далекой и живой, как море, зеленой зоне.
Я добил своего маленького шпиона каблуком ботинка.
— Считайте, что мы стали наполовину свободны, — сказал я, глядя на крошки пластиковых деталей и спутавшиеся тонкие проводки под своими ногами.
— Командир, ты предлагаешь нам довольствоваться всего лишь половиной? — с грустью в голосе спросил Удалой.
Я не ответил, подсел к Дэвиду, которого, видимо, очень угнетал наш русский язык, положил ему руку на плечо и сказал по-английски:
— Мы спасем твоих товарищей, лейтенант, и твою честь. Но при одном условии.
Лейтенант поднял на меня свои тревожные серые глаза.
— При каком?
— Ты должен будешь привести нас к складу с героином.
— К складу с героином? — переспросил он, но я сразу увидел по его глазам: он понял, о каком складе речь.
— Ну да, с героином. Мы уничтожим наркотик, а склад сравняем с землей. Что тут удивительного? Ты же сам говорил, что мы союзники в борьбе с терроризмом, а терроризм питается финансами от наркобизнеса.
— Но… — Дэвид мучительно подбирал слова и лихорадочно раздумывал над моим предложением. — Но это… это не совсем законно.
— Уничтожить запрещенное зелье — незаконно?
— Нельзя делать это так, как хотите вы! — Дэвид, наконец, нашел подходящие аргументы. — Да, наркотики, это зло. Но каждая операция по уничтожению складов талибов должна быть тщательно спланирована и согласована с командованием коалиции.
— К счастью, у нас с тобой разное командование. И я выполняю распоряжения своих начальников.
— Эндрю, это приведет к печальным и непоправимым последствиям! Мы не можем взять и вот так сразу уничтожить продукцию, стоимостью миллионы долларов!
В разгар нашего спора снова позвонил Фролов. Я не стал отвлекаться и передал смартфон Удалому.
— Где мы сейчас? — радостно переспросил Удалой, прижимая трубку к уху. — Ты не поверишь, но мы в жо*е! Вот всеми святыми клянусь — правду говорю!!
— Вы хотите, чтобы эти миллионы получили талибы? — уточнил я у Дэвида.
