Я так и не поняла, куда мы едем. Он сказал, дома поговорим. Он же не собрался ко мне домой ехать? Однозначно нет. Значит, мы ехали к нему. Только зачем? А, точно, там же есть ещё мои вещи, наверное, за ними. Старалась не шевелиться, чтобы ничем больше не раздражать водителя. Обо всём подумаю уже в поезде. Маме же ещё нужно будет как-то рассказать, а это сделать ой как непросто. Чувствую материнской истерики не избежать и нотаций на тему «Я же говорила». Когда мы подъехали к дому Марка, я осторожно вышла из машины и направилась в сторону подъезда.
– Придержи мне дверь, пожалуйста, – выкрикнул Марк, и я послушно выполнила его просьбу.
Нахмурившись, прошёл мимо меня, и я увидела, что он заносит все мои дорожные вещи: чемодан, сумку, рюкзак, пакеты. Ой, что это он задумал, хотелось бы мне знать? Придётся идти к нему, потому что парень быстро поднимался по лестнице с моим багажом.
Войдя в квартиру, Марк поставил в коридоре все вещи и прошёл к себе в комнату.
– Поставь чайник, пожалуйста, я пока переоденусь, – спокойно сказал мне.
Ладно. Чайник так чайник, в конце концов, нам уже нужно было расставить все точки над i, и то, что друг говорит слово «пожалуйста» аж два раза за пять минут, давало мне надежду, что он успокоился. Пошла на кухню, налила воду в чайник и поставила на плиту. Достала свою чашку с Эйфелевой башней, чашку Марка с надписью его имени и поставила их на стол. Села и просто стала ждать.
Ждать пришлось недолго, Марк зашёл на кухню, переодетый в домашние штаны и футболку. Как раз вода в чайнике закипела, и он по-хозяйски налил нам чай, мне в чашку положил мяту, размешал сахар и поставил передо мной. Достал из холодильника колбасу, сыр и сделал бутерброды. Тоже придвинул ко мне.
– Марк, – начала я, кто-то из нас же должен нарушить это непонятное молчание.
Но парень не дал мне продолжить. Сел напротив и невозмутимым голосом, пристально разглядывая меня, словно нашкодившего котёнка, проворчал:
– У меня только один вопрос к тебе, почему ты сразу всё не рассказала?
– Стыдно было. – Я пожала плечами, а что мне ещё было сказать. – Не хотела, чтобы вы видели те фотки, думала, смогу справиться сама. – Взяла бутерброд и откусила кусочек, запивая сладким чаем. Я целый день не ела сегодня из-за таких стремительных событий.
– Хочу тебя расстроить, мы всё равно их увидели, – усмехнулся Марк.
Я сделала глоток чая и с замиранием сердца спросила:
– И что теперь? – этот вопрос тяготил.
Марк смотрел на меня с лёгким укором, но без осуждения.
– А что теперь? Жить будешь здесь, я тебя в общагу больше не отпущу. В универ завтра отвезу, но забрать не смогу у меня встреча, так что Серж тебя заберёт и привезёт домой. О Карине не беспокойся, она тебя не потревожит, думаю, она уже на полдороги к вокзалу. Друзей её тоже больше не увидишь.
Марк встал и подошёл ко мне. Напряжение сковало все мои мышцы. Он присел на корточки, положил руки мне на колени.
– Я тебя очень прошу, больше не скрывай ничего от меня. – Смотрел ласково прямо на меня, я сглотнула.
Марк притянул меня за колени ближе к себе и обнял.
– Как представлю, что ты бы решилась сегодня пойти к этим уродам, сразу хочется вернуться и добить их. – Парень положил голову мне на колени.
Вот это поворот. Я сегодня совсем не успевала за развитием событий. Можно, пожалуйста, помедленнее картинки менять. Я вздохнула.
– Не хотела доставлять неприятности, – осторожно положила руки на плечи Марку. Это были новые ощущения. Мы находились слишком близко друг к другу.
– Как ты не понимаешь. – Марк сильнее сдавил руками мои колени. Я вскрикнула.
– Извини. – Он ослабил хватку, потом отстранился от меня, поднялся и пересел на своё место за столом. – Сегодня чересчур много всего произошло. Доедай. – Придвинул мне тарелку с бутербродами.
– Согласна, – кивнула, потом взяла бутерброд и с большим удовольствием его доела, запивая чаем.
– Иди переодевайся, – скомандовал Марк, – отнесу твои вещи в комнату, завтра разложишь всё. А я быстренько в душ.
