Он стоял в красивом тёмно-синем костюме, который так обалденно смотрелся на нём. Возник неожиданно, как будто и не пропадал четыре месяца. Меня охватили мурашки, марширующие по всему телу, и я чувствовала, что способность логически мыслить махала мне ручкой, прощаясь на неопределённое время. Руки тянулись дотронуться до него, но я не шевелилась. Боялась, а вдруг это моё подсознание играет со мной и как только я коснусь – иллюзия растает. Показалось, он как-то изменился, стал ещё серьёзнее, что ли.
– Знаешь, а я всё равно бы приехал, не смог бы пропустить. – Он тихонько засмеялся.
Я всё ещё не могла отвести от него взгляд, тонула в глубине его глаз. Это не мираж, вот он стоит в нескольких шагах от меня и шутит как обычно. Осторожно присела на стул.
– Платье, я тебе скажу, смотрится просто вау-у-у. – Серж хитро подмигнул. – Небось специально на диете сидела последние недели, – не спрашивал, а утверждал он. Знал, как вывести меня из ступора, вот жук, хорошо меня изучил.
– Я же обещала в него влезть, – наконец-то прорезался у меня голос от шока. В груди всё запорхало. Состояние было такое, словно мой чёрно-белый фильм, мелькавший перед глазами, закончился и началась цветная плёнка. Всё вокруг стало ярче и насыщеннее.
– У нас ещё куча времени до гильотины. Может, хочешь прогуляться? Так сказать, предсмертное желание?
Он подошёл ко мне, и я превратилась в статую. Боялась даже вздохнуть. Лишь чуть наклонила голову в знак согласия. Какое правильное сравнение к сегодняшнему событию.
– Отлично. Только уберём эту отвратительную штуку до казни, – и он осторожно, нисколько меня не касаясь, стащил с моих волос шляпку, – Действительно всё портит. Если совсем честно – сильно бесит.
И нервный смех вырвался на свободу. Он сделал шаг назад, заглядывая мне в глаза.
– Как ты мог уехать и не сказать мне ничего. Даже не попрощался.
Хотела в шутку стукнуть его, но боялась случайно задеть. Тянуло обнять, прижаться, укрыться, спрятаться на его плече, но нельзя, какая-то тайная уверенность внутри меня шептала, что если лишь коснусь его, мир навсегда изменится.
– Я тоже очень скучал, Милая.
Он взял мою сумочку, положил туда шляпку и направился к двери.
– В парк? – предложил оглядываясь.
Я быстро смахнула нахлынувшие слёзы. Встала и как зачарованная пошла за ним.
На улице сморщилась от солнца. Был тёплый, солнечный день. Вроде вчера шёл дождь, а сейчас вокруг на дорожках было сухо. Пока мы усаживались в машину Сержа, балконы общежития заполнялись студентами, глазевшими на нас с нескрываемым любопытством. Уже спускаясь в свадебном платье, я наделала шуму в общаге. Минуя проходную, обратила внимание, что вахтёрша баба Лена, как мы её называли, открыв рот, замерла на своём месте, так и не соизволив проронить ни одной колкой фразы. А уж она-то любила подкалывать студенток. И как иронично было вспоминать, что именно она была в день моего заселения почти год назад и выдавала мне ключи от комнаты. Шум и гам раздавались сверху, меня сканировали и обсуждали и в первый раз за весь год мне было полностью наплевать кто что обо мне думает.
Серж направился к водительскому месту, он не открыл передо мной дверь машины, у нас так повелось с самого начала. Я однажды рассказала Сержу, как меня бесит, что Марк каждый раз, открывал дверь, помогая мне устроиться на сидении, сам пристёгивал меня ремнём, как ребёнка. Раздражало меня это сильно, но друг тогда только посмеялся и сказал, что я должна наоборот пищать от счастья, что меня так оберегают, но, чтобы не вызывать во мне негативные эмоции, клятвенно, приложив руку к сердцу, пообещал, что он никогда в жизни не откроет передо мной дверь автомобиля и уж тем более не будет меня пристёгивать. Он держал своё слово, а я, вспомнив почему-то сейчас об этом, начала улыбаться как дурочка. Он уважал все мои выкидоны, ему было абсолютно всё равно, что взбредёт мне в голову, если я говорила, что я так хочу, он просто это принимал, и всё. В ответ никаких возражений, поучений или советов. Рядом с ним я могла быть самой собой и гордиться тем, что я такая уникальная.
Серж молча вёл машину. Я тоже не хотела нарушать нашу тишину. И только, когда мы остановились перед моим любимым парком, мысли как по команде начали заполнять и так запутавшуюся во всём, голову. Они безжалостно лезли, нагнетая волнение и предлагая варианты решения. Из машины выходить не хотелось. А вот начать разговаривать с Сержем, мне было необходимо как дышать.
– Я должна знать, – начала я.
Смотрела прямо на него. Он развернулся ко мне, насколько это позволяло его водительское кресло и тоже серьёзно стал всматриваться мне в глаза.
– Боюсь, не все мои ответы тебе понравятся, особенно перед сегодняшним событием, – тихо ответил он, опустив глаза.
– Почему ты уехал? – вырвалось у меня, и в ту же секунду в висках начали молотить невидимые молоточки, словно они чувствовали моё напряжение и усиливали его с каждым ударом, отстукивая не просто каждую секунду, а каждую долю секунды.
– Марк попросил не встречаться с тобой до вашей свадьбы.
