Вдалеке, где-то на грани разума, осознала, что бесполезно пытаться удержать у себя контроль над мыслями. Прозвище это Ромка придумал мне в первую нашу встречу. Провалилась в темноту. Больше ничего не помнила. Но мне и так стала ясна вся картина.
Вот и вспомнился запах. Его запах. Просто мозг после всего, что произошло тогда, пытался спрятать от меня эти воспоминания далеко-далеко в своих самых потаённых уголках. Старался вычеркнуть из памяти такие дорогие моему сердцу детали. Картинки всплывали одна за одной, дойдя до последней, той, что старалась забыть так долго. Память упорно не хотела работать как раньше, исключая болезненые эпизоды, она стараль напомнить обо всём, не упустить ни одной детали, что я столькими ночами стерала, оставляя себе только хорошее, доброе и светлое.
Подняла глаза на Сержа и встретилась с его взглядом, таким пронизывающим, понимающим. Было понятно, что он сообразил: я в своей голове всё расставила по полочкам. На Марка смотреть боялась. Теперь ясно, почему таким родным показался, почему тянуло к нему. Не могла удержать слёз, каждая капелька оставляла болевой ожог на коже. Чашка выпала из рук, хорошо, что чай весь выпила. Закрыла ладонями лицо и заплакала уже навзрыд.
– Юля, тебе плохо?
Почувствовала, как Марк дотронулся до моей руки. Вздрогнула, как кипятком обдало. Шарахнулась от него.
– Не трогай меня, пожалуйста, – всхлипнула я.
Близко, слишком близко знакомый аромат. Спрятанные далеко воспоминания о последней встрече с Ромкой навалились на меня, неприятными картинами. Они проникали в каждый уголок сознания и отравляли его. Дыхание сбивалось. Становилось нечем дышать.
– Окно, откройте, пожалуйста, окно, – крикнула и сквозь слёзы увидела, как Марк бросился в сторону, быстро откинул шторы и распахнул окно настежь.
Чистый воздух сразу залетел в лёгкие и вытеснил запах корицы. Легче. Становилось легче. Серж осторожно, как будто боялся спугнуть, сел рядом со мной, убрал выпавшую чашку, очень бережно накрыл мою кисть своей. Ждал, как я отреагирую. Я не откидывала его руку. Мне нужно было сейчас рядом чьё-то присутствие, только не Марка. Серж также осторожно, еле заметными движениями придвинулся совсем близко ко мне, так, что наши плечи соприкоснулись. Опять ждал. Я опустила голову ему на плечо, и он, почти не дотрагиваясь до меня, начал легонько поглаживать по голове. Хлопнула дверь, поняла, что Марк вышел. Обиделся, наверное, на моё сближение с Сержем и на то, что отскочила от него, но не могла об этом думать сейчас.
– Тебе нужно прийти в себя, – его голос расслаблял меня, – ты нас всех очень напугала.
– Я не хотела, – прошептала я.
Становилось спокойно от его поглаживаний. Как, оказывается, просто иногда успокоить человека, всего и нужно слегка провести руками по голове.
– Я знаю, все знают, просто все переживают за тебя. – Он отодвинулся, встал. – Я закрою окно, уже холодно в комнате.
Закрыл, задвинул шторы и вернулся ко мне, сел на краешек кровати.
– Там Марк, он места себе не находит, ты бы видела его лицо, когда он на долю секунды опоздал, чтобы удержать тебя от падения, ещё и кофе разлила на себя, – осторожно выговаривая каждое слово, произнёс Серж.
– Я не могу пока с ним находиться рядом.
– Почему? – ласково спросил он.
– Запах, я вспомнила его. С первой встречи не могла вспомнить, казался таким знакомым, так мучилась, чтобы понять, почему не могу воскресить его в памяти, а сегодня вспомнила. Марк пользуется такой же туалетной водой, как Ромка. Я пока не могу, – рассеянно сказала я.
– Так, это уже начало разговора, Милая. Подожди, я на минутку.
И он подошёл к двери. Она была приоткрыта. Серж не успел ничего сказать, как с той стороны донеслись слова Марка:
– Я понял, Серж.
Услышала удаляющиеся шаги. Серж вернулся ко мне, опять сел близко, приобнял.
– Итак, с запахом мы разобрались. Что ещё могло повлиять на твоё состояние?
Я молчала. Серж сжал моё плечо.
– Нам нужно знать, мы же не хотим, чтобы это повторилось, правда? – более требовательно произнёс он.
– Мелкая, – сказала одно слово и не могла заставить себя рассказать почему.
– Отлично, видишь это не так уж сложно. Больше никаких прозвищ, даже в шутку. Думаю, это тоже не проблема.
Он тихонечко по-доброму засмеялся, и это вызвало у меня лёгкую улыбку.
– Я так понял, что ты догадалась, почему с тобой произошло это маленькое недоразумение. Подумай, есть ли ещё что-то?
– Я не спала несколько дней, – выдохнула я.
– И что тебе мешало спать?
Серж аккуратно выведывал у меня секреты, я же готова была рассказать ему часть того, что меня мучило. Уж не знаю, что повлияло на это. Но то, что он располагал меня к откровенному разговору, это факт.
– Я боюсь оставаться одна ночью, после одного случая, – призналась я.
– Уверен, с этой проблемой мы тоже справимся.
Я взглянула на Сержа и, немного посмеиваясь, сказала:
– Серж, ты точно бухгалтер, а не психолог?
– Поверь, я могу быть кем угодно, для близких людей. – И он обнял меня сильнее.
