— А нахер ты сдалась? Мы ведь не полные твари. Есть ещё светлое что-то, прикинь? Я Филька, кстати.
«Такие противоположности носят созвучные имена, вернее, клички», — подметила Фролова, намекая на Филатова. Делиться наблюдениями она не стала.
— Я должна снять деньги с книжки. В шесть вечера я подойду к Историческому скверу. Понятно объясняю? — Сквозь зубы сказала Юля. Слова приходилось буквально проталкивать из горла. Филиппу не понравилось, что женщина говорит с ним свысока и не играет роль жертвы.
— Понятно, Юлечка.
— Если бы здесь был мой человек, он бы устроил вам пиздец, — добавила Юля, чтобы устрашить бандитов. Номер не прошёл.
— Ой, кстати! Забыл рассказать важное правило нашей игры. Мы знаем о твоём козыре. Честно, поражён, что ты спишь с бандитом. Но мы не вправе судить… — Филипп обнажил свои жёлтые зубы. — Пчёлкин не должен быть здесь замешан. И Белый, и Фил, и Космос. Их помощники тоже вне действа. Если мы узнаем, что ты подключила Пчёлу, мы не только его убьём, но и всех, кто ему дорог. Тебя в том числе, крошка. Так что играй по правилам, — Филипп провёл пальцем по щеке Юли. Та поморщилась, не скрывая омерзения.
— А что будет, если я не приду с деньгами? — поинтересовалась Юля, чтобы позлить их. Мужчина, стоявший позади Филиппа, развеселился.
— Орёл, покажи Юле, что будет. Мы не говорим, а действуем, не сомневайся.
Внутри Юли всё затряслось. Она понимала примерно, что её ждёт. Филипп, кажется, ждал своего часа. Он аккуратно взял Юлю за плечи и развернул. Юля попыталась вырваться, но это было только на руку: Филипп ещё сильнее завёлся. Он потянулся к шее Юли, провёл пальцами вдоль выступающей ключицы.
— Тебе не повезло уродиться красивой. Вроде ничего такого, но хочется, зараза, — пуговицы расстёгнуты. Юля сидела на полу, не двигаясь. Она мысленно умоляла высшие силы скорее прислать Пчёлу домой. Она чувствовала чужие руки на своей груди и сдерживала слёзы. Она решила, что не покажет свою слабость. Бог терпел — нам велел. Кажется, эти слова она слышала от Валерки Филатова.
— Думаю, урок усвоен, — Филипп убрал руки. — Не заплатишь или начнёшь жульничать — будет продолжение. Неудовлетворённых ещё не было, — он самодовольно улыбался. Юля парировала:
— Тогда мне будет приятно быть первой.
— До встречи, малышка, — Орёл наклонился к макушке Юли и поцеловал. Дверь закрылась. Только тогда Юля прижалась к стенке и свернулась в комочек, громко рыдая.
Через три минуты вернулся Пчёлкин. Было видно, что он бежал: Пчёлкин не мог отдышаться. Он бросил пакеты на пол и сел к Юле.
— С тобой всё в порядке?
Юля подняла зарёванное лицо.
— Да, всё хорошо, я… Я просто… Из-за родителей плакала, — нашла она отмазку.
— Почему рубашка расстёгнута?
Ложь давалась Юле мучительно больно. Она не умела обманывать. А тут ещё врать этим преданным глазам, смотрящих на неё с любовью…
— Жарко же, Витюш! — Юля рассмеялась. — Где ты пропадал?
— Меня полчаса не было. Очереди, блин… Ещё и бабка на кассе устроила скандал, что ей не дали сдачу один рубль. Всё точно хорошо? Ты какая-то перепуганная, — Витя обнял Юлю, и та крикнула:
— Нет!
Прикосновения сейчас пугали Юлю, были по ощущениям шершавыми и колючими. Пчёлкин отшатнулся, ещё больше терзаемый вопросами.
— Юля, что происходит? Дверь нараспашку была, когда я вошёл, ты лежишь на полу, рыдаешь. Говори нормально! — Пчёла начал беситься. Юлия захотела на секунду всё рассказать. Тогда в ушах снова заговорил голос Орла:
«Если мы узнаем, что ты подключила Пчёлу, мы не только его убьём, но и всех, кто ему дорог. Тебя в том числе, крошка. Так что играй по правилам.»
— Ты забыл закрыть дверь, значит. А я рыдаю, что вчера похоронила родителей! Ей-Богу, достали твои подозрения и домыслы! — Юля притворилась разгневанной, чтобы прервать допрос.
— Всё, всё, солнышко. Прости меня, — Пчёла помог Юле подняться с пола. — Давай, умойся, я пока приготовлю яичницу. Ничего сложного же в этом нет.
Юля скрылась в ванной, оставляя эту реплику без ответа.
Закрывшись на щеколду, она поставила руки на раковину, смотря на себя в зеркало. Живое страдание. Опухшее от слёз лицо, глаза с полопавшимися капиллярами, растрёпанные волосы, вымученная улыбка. Юля никогда такой сломленной не была, даже после Чечни, хотя там смертей случалось больше. В несколько раз.
«Я обязательно встану с колен. — решила Юля. — Я отдам им деньги, вотрусь в доверие и стану частью их дела. Потом выберу момент и прикончу их к чёртовой матери. Я стану их ангелом смерти. Я убила одного, справлюсь и с четырьмя. Я больше не боюсь.»
Это решение подняло дух Юли. Она брызнула на лицо холодной водой, вытерлась полотенцем. Прохлада привела её в чувство. Юля больше стала походить на человека.
— Юль, ты там долго? Я волнуюсь.
Пчёла даже не понял, как вовремя прозвучал его голос. Юля поняла, что будет врать в глаза любимому человеку, который и так пережил много боли из-за её необдуманных поступков.
