— Сможешь. Вот представь, кто-то посадил тебя на своего коня. Седло неудобное, до стремян — не дотянуться, уздечка — не по руке. Представила? А теперь тебе просто надо все это подогнать под себя. Только помни: этот конь — твое тело.
Ветер не мигая смотрел мне в глаза, я чувствовала, как тону в их шоколадной глубине, внимание фокусируется на радужках мага, и я с легкостью представила, о чем он говорил — это же как кресло в машине подогнать и зеркала подрегулировать — проще простого. Я так ярко это себе нарисовала, что ощутила, как поскрипывает водительское кресло, как удобно ложится руль в ладони, как комфортно я чувствую себя в салоне, приятно пахнущем кожей — а потом услышала требовательный приказ Ветера: «примерь это чувство на себя».
Наверное, я погрузилась в транс, потому что когда полностью вышла из медитативного состояния, то увидела в комнате леди Аминику, тихо разговаривающую с Ветром. А я сладко потянулась и прислушалась — тело опять радостно отозвалось звенящей легкостью, как в тот, самый первый раз после моего вселения сюда. Замерла — но нет, нигде не зудит, ничего не жмет и не раздражает. Только сейчас поняла, что все это время, находясь в принцессином теле постоянно испытывала легкое неудобство. И никуда оно не уходило, просто периодически я отвлекалась настолько, что забывала про него. Зато сейчас… Я радостно засмеялась… Стоп! Что за эйфория? Вдох — выдох — собралась!
Королева оторвалась от разговора с Ветером и, улыбаясь, смотрела на меня. Положила руку дедку на запястье, благодарно выдохнула:
— Спасибо тебе за дочь, старый друг!
И бросила мне в лицо горящим шариком. Откуда она его взяла — понятия не имею, не до этого! Я только с перепугу рукой отмахнулась. А шарик взорвался! Что за…
Леди Аминика радуется, Ветер улыбается, одна я дура — дурой. Почему королева меня атаковала?
— Что и требовалось доказать, — Ветер произносит это таким тоном, что у профессора физико-математической кафедры лучше бы не получилось.
А до меня, наконец, доходит — это они мою магию так проверяли? Идиоты — я же ожог могла получить!
Леди Аминика решительно встряхивает рыжими локонами:
— Не будем терять время. Ники, я отправляю тебя к деду. То, что придумал твой отец — никуда не годится. Если что — ты даже защититься не сможешь. Сила — силой, а учиться надо.
Я, на всякий случай, спрашиваю:
— Так я опять — маг?
Два кивка в ответ, довольные улыбки. Потом до меня доходит:
— Но как же я к деду? Меня же завтра отец отправляет в какую-то усадьбу…
Леди Аминика небрежно стряхивает пылинку с рукава:
— Не бери в голову — мы все сейчас решим. Заодно и увидим, что за игру ведет мой муж, — и вопросительно смотрит на Ветера.
Я тоже перевожу взгляд и…Ветер исчез. На его месте — какая-то тощая девица, бледная до синевы. Стоит и глазами хлопает.
Я в шоке смотрю на королеву. Та довольно улыбается:
— Один в один — от принцессы не отличить! Великолепно, Ветер!
А до меня — ну просто жирафом себя почувствовала, — наконец, доходит — это же я так теперь выгляжу!
А королева деловым голосом дает указания:
— Завтра заменишь принцессу в поездке, ни король, ни Деметрий не должны ничего заподозрить, главное — пусть так и продолжают считать, что моя дочь утратила магию. И оставайся в том поместье под Никиной личиной, пока не выяснишь, что они для нее планируют. К тому же родственнички Бирианы слишком уж зашевелились в последнее время — знаешь, я убеждена, они приложили руку к похищению принцессы!
— Не уверен, Ами, совсем не уверен. Что они от этого выигрывают? — возразил Ветер. — Их ставленник — Тимир, так он и так — наследник престола, любимец короля, да и простой народ его обожает. Никакой угрозы для его положения нет. А про силу Ники догадаться они не могли — король ей сразу же блокираторы одел. Да и закон тут можно двояко толковать — право первенца и право более сильного магически… — тут королева протестующе подняла руку, но Ветер продолжал:
— Подумай, ведь гражданской войной может все закончиться. А у тебя в королевстве сторонников мало. Да и, потом, твой муж на здоровье не жалуется, до наследования пока дело дойдет.
— Трус, — выплюнула леди Аминика, — какой же он оказался трус! И лжец! Все только ради проклятого Ирта!
— Ами, Ами, — укоризненно покачал головой Ветер, указывая глазами на навострившую уши меня, — твой муж — осторожный политик, а семья Бирианы слишком влиятельна, чтобы с ней не считаться… Как ты хочешь переправить дочь? — перевел он столь заинтересовавший меня разговор на не менее волнительную тему.
