Я немедленно отправился в указанном направлении и после недолгих блужданий оказался на кухне. Увы, там никого не было. Распахнутое настежь окно, ведущее во внутренний дворик, красноречиво свидетельствовало, что обыскивать дом нет нужды: ребята смылись отсюда, как только дом приземлился. Вообще-то, их можно понять. Я бы и сам на их месте сделал ноги.
– Удрали, – сообщил я шефу, которого догнал уже на пороге.
– Ну и Магистры с ними, – отмахнулся он. – Удрали – значит, разыщем. Впрочем, на кой они нам сдались?
– Хотя бы для того, чтобы Меламори и Нумминорих тоже ощутили свою причастность к этой операции, – улыбнулся я. – Побегают по следам – если не преступников, то хоть свидетелей, какое-никакое, а все развлечение.
– Ну, разве что, – флегматично согласился Джуффин, усаживаясь в один из служебных амобилеров. – Ты пока побудь тут, сэр Макс. Сейчас сюда заявится Мелифаро с командой полицейских, надо обыскать помещение. Поможешь им, если потребуется, а потом вернетесь в Дом у Моста на пузыре – не бросать же его здесь до утра.
– Пузырь я могу и в пригоршню спрятать, – меланхолично отозвался я. – И вы тоже можете спрятать его в пригоршню и доставить в Дом у Моста. Считается, что наши полицейские должны на нем чего-то там патрулировать – вот пусть и патрулируют на здоровье.
– Обойдешься. Я его в Дом у Моста не повезу, не надейся. – Джуффин видел меня как на ладони. – Сам доставишь. И не надо сверлить меня страдальческими глазами. На твоем месте я бы воспользовался возможностью лишний раз сделать то, чего не хочется, – когда еще будет повод.
Они уехали, а я некоторое время сердито разглядывал ни в чем не повинный летающий пузырь. Разумеется, шеф был прав. Он вообще всегда прав, никуда от этого не денешься. Но я не отказал себе в удовольствии сделать особый, почти неуловимый жест левой рукой. Уандукский летательный аппарат тут же уменьшился настолько, что его размеры показались бы невыразимо малыми даже квартирантам Мабы Калоха, и оказался в моей пригоршне. Там он уютно устроился между большим и указательным пальцами, словно и не было на улице Пузырей никакого пузыря Буурахри. Что ж, по крайней мере, я мог быть уверен, что его не стащат, пока я буду слоняться по загадочному дому. И самое главное, теперь можно вернуться в Управление в амобилере, как бы по рассеянности. С кем, дескать, не бывает.
Несколько минут спустя рядом со мной затормозил служебный амобилер. Оттуда выскочил сияющий сэр Мелифаро, нарядный, как сладкий сон художника-примитивиста. Этот неисправимый пижон сменил оранжевое лоохи, в котором был утром, на ярко-малиновое. В сочетании с зеленым тюрбаном и нежно-голубой скабой оно производило совершенно непередаваемое впечатление. Если бы я был быком, я бы непременно на него бросился, не дожидаясь призывных взмахов плаща.
За полторы секунды этот красавчик успел пожелать мне хорошего вечера, сообщить, что грешные кельди наконец-то сданы в архив, и войти в дом. За нами последовали три офицера Городской полиции – мой добрый приятель Апурра Блакки и еще двое, их я знал только в лицо. Все они производили впечатление людей, у которых голова работает в оптимальном режиме. И как таких ребят заносит на работу в полицию, под крылышко к генералу Бубуте?! Неведомо.
– Возьмите на себя второй и третий этажи и подвал, ребята, а мы пошарим здесь и на кухне, – бодро скомандовал Мелифаро. – Индикаторы я вам уже дал или не успел?
– Вы только собирались, а потом Апурра начал рассказывать анекдот, – ответил один из полицейских.
– Ага, точно! Кстати, надо бы его не забыть.
Мелифаро извлек из кармана три маленьких круглых прибора, немного похожих на компасы, – индикаторы, которые помогают несведущему человеку сразу определить, применялась ли при изготовлении той или иной вещицы Очевидная магия и если да, то какой ступени.
– Если найдете что-то подозрительное, сразу зовите нас, – предупредил Мелифаро. – Никаких несчастных случаев на работе, ребята. У меня есть хрустальная мечта – ночевать дома. И горе тому, кто лишит меня этой возможности своей преждевременной гибелью.
Мы остались вдвоем в гостиной. Мелифаро тут же принялся обыскивать помещение. Это больше походило не то на цирковой номер, не то и вовсе на экстатическую пляску молодого жреца. Малиновый вихрь несколько раз пролетел по комнате, остановился в центре, возле обеденного стола, и бодро заявил:
– Так, тут ничего интересного. Пошли на кухню.
– Ты так торопишься домой? – ехидно поинтересовался я.
– Что? – рассеянно переспросил он. Потом понял и укоризненно покачал головой: – Я, конечно, тороплюсь домой, но это не имеет никакого отношения к делу. Просто я уже знаю, что тут нет ничего заслуживающего внимания. Не все же такие тугодумы, как ты.
– А что за анекдот-то? – спросил я, когда мы оказались на кухне и лоохи Мелифаро снова замелькало, вызывая у меня головокружение.
– Хороший, – усмехнулся он. – Про тебя.
– Опять про меня? – огорчился я.
– Ага. Напился, дескать, сэр Макс, как дикий лесной эльф…
