Мы нарядились в цветастые «тоги», а потом ржали, как ненормальные, невежливо тыча друг в друга перстами. Вид у нас теперь был такой нелепый – дальше некуда. К тому же нам позарез требовалась разрядка, и мы ее себе устроили, по полной программе.
К счастью, хозяева сюрреалистической кухни так и не появились – то ли их просто случайно не было дома, то ли создатель Лабиринта, Король Мёнин, предпочитал играть со своими гостями, как сытый кот с мышью, и нам полагалась законная передышка после каждой передряги.
Так или иначе, но, оторжавшись вволю, мы с Мелифаро устроили небольшой военный совет, в ходе которого было принято не слишком оригинальное решение: запастись провизией и упрямо переть дальше, не разбирая дороги. С другой стороны – а что нам еще оставалось?
– Грешные Магистры, лишь бы жарко больше не было! – прочувствованно сказал Мелифаро, когда я взялся за дверную ручку.
Жарко там не было. И вообще, неприятностями вроде бы не пахло.
Мы оказались в просторном светлом вестибюле, одна из стен которого была стеклянной, а другая – зеркальной. Из огромного окна открывался замечательный вид на улицу. Вполне обычная, симпатичная улица: густые деревья, щедро забрызганные солнечным светом, тротуар, выложенный аккуратной розовой плиткой. Толстая важная птица, похожая на удачный гибрид голубя и вороны, неторопливо шествовала по каким-то своим птичьим делам. А в зеркале настороженно хмурились мы с Мелифаро, завернутые в нелепые цветастые занавески. Хороши герои, нечего сказать.
Я внимательно разглядывал наши отражения: что-то с ними было не так. Незнакомый пейзаж за окном взволновал меня куда меньше. И тут до меня наконец-то начало доходить.
– Ты тоже заметил? – несчастным голосом сказал Мелифаро.
Он уже давно пялился в зеркало. Я поначалу даже грешным делом подумал, что парень в восторге от нового наряда и собрался было должным образом откомментировать сей прискорбный факт.
– До сих пор мы с тобой всегда выглядели ровесниками, правда? – требовательно спросил он. – Меня даже иногда принимали за старшего. А теперь…
– А теперь я вполне могу сойти за твоего папашу, – мрачно кивнул я. – За моложавого и бодрого, но вполне папашу. Я здорово постарел, да?
– Да, – эхом откликнулся он. – Но не только это. Ты стал старше, а я… Я сейчас выгляжу, как в те дни, когда только-только поступил в Королевскую Высокую Школу. И не могу сказать, что меня это радует. Пока-то ничего страшного, но если так будет продолжаться и дальше… Слушай, Макс, по-моему, дело дрянь.
Я угрюмо пожал плечами – что тут возразишь. Мелифаро тем временем толкнул меня в бок:
– Макс, посмотри-ка туда. Со своими рожами потом разберемся. Там та-а-акое!
Я послушно обернулся в указанном направлении и подавился собственным удивлением. Дверь, соединявшая вестибюль, в котором мы крутились перед зеркалом, с соседним помещением, приоткрылась от сквозняка, и теперь перед нашими взорами предстало нечто, весьма похожее на парикмахерский салон: зеркальные стены, многочисленные полки с гребнями, щипцами, бигуди и стеклянными флаконами. Вот только вместо кресел там стояли топчаны, а фены для сушки волос больше напоминали душевые кабинки.
На одном из топчанов лежала женщина, руки, плечи и грудь которой густо поросли темной, волнистой, как у овцы, шерстью. Животик, впрочем, был очень даже ничего, плоский и соблазнительно гладкий, а все, что находилось ниже, скрывала длинная цветастая юбка, из-под которой виднелись только острые носки туфель. Возле топчана хлопотал цирюльник, обнаженный до пояса мохнатый мужчина – просто снежный человек какой-то! На нем тоже была юбка, белая, с крупными голубыми горошинами, но она едва доходила до колен, открывая нашим взорам крепкие ноги в гетрах естественного происхождения и изящных кожаных сандалиях на толстой подошве. Дядя сосредоточенно накручивал на бигуди длинную шерсть, растущую на плечах клиентки. Ее руки уже были покрыты мелкими папильотками, а локоны на груди щедро смочены каким-то красящим составом.
– Пошли отсюда, а? – едва слышным шепотом попросил Мелифаро.
Я молча кивнул, и мы устремились к двери, ведущей на улицу. Сейчас у меня было только одно желание: чтобы в том месте, куда мы сейчас попадем, не было никаких обитателей. Все остальное – на усмотрение безумного сценариста, будь он неладен.
Разумеется, это оказалась вовсе не та улица, вид на которую открывался нам из окна. И вообще не улица – пустынное пространство, немного похожее на свалку, которой уже несколько столетий никто не пользуется. Добро пожаловать в новый «тупик» Лабиринта Мёнина, дорогие господа туристы.
– Грешные Магистры! – в сердцах сказал Мелифаро. – И как тебе понравились эти красавчики?
– По большому-то счету, ничего особенного, – я пожал плечами. – Мало ли у кого где волосы растут. Когда попадаешь в другой мир, следует сказать спасибо, если его обитатели хоть немного человекообразны – все не так жутко.
