А потом они оба почувствовали вокруг себя присутствие третьего, близкого и привычного, но очень усталого и болезненно слабого существа.
Услышав слабое трепетание корабля, Риддик приказал сорванным хриплым голосом:
-Отдать управление капитану.
Заставив себя подняться и дойти до кресла, Риддик взял штурвал и очень медленно, бережно отвернул корабль в сторону. Звезды засветились белыми точками.
-Джен Хое, - позвал Риддик, - вспомни все хорошее, что есть у тебя, коснись этим Шеркана - ему нужна наша помощь.
-А как же ты? Ты едва держишься.
-Я? - впервые в жизни ему задавали такой вопрос. - Нормально...
Голос сообразил, что жертва ускользает от него, и ударил злобно и жестко. Дропп увидел, как дернулся в кресле Риддик, подскочил к нему, положил свои ладони ему на виски и лоб и начал быстро говорить:
-Закрой себя. Закрой мысли. Думай о льющейся воде, о сильном ветре, или о больших камнях.
-Закрыть мысли, значит? А как ему это?
И представляя перед собой огромную злобную тварь, Риддик мысленно ударил, туда, где считал должны находиться голова, уши и шея. А потом еще раз - туда, где сердце, разрывая его на куски, сжигая и вырывая его внутренности и мозг.
И голос, беснуясь, завопил.
Они увидели на боковом экране, что чернота начала выворачиваться, извиваясь, уменьшаться в размерах, превращаясь в более плотную массу.
-Что же ты такое?
-Я запомнил вас... - прошипел голос. И вдруг все закончилось.
Впереди тускло светила старая желтая звезда с уже давным-давно мертвыми планетами. Риддик, войдя в систему звезды и обнаружив ее слабые магнитные излучения, лег в дрейф, давая всем отдохнуть и набраться сил.
-Шеркан?
-Да, капитан...
Корабль отозвался, и Риддик устало опустился на спинку кресла и глубоко выдохнул, понимая, что до этого даже не шевелился, боясь пропустить малейшее прикосновение корабля, почувствовал, как расслабляются от напряжения и начинают болеть мышцы шеи и рук, как плечи медленно опускаются вниз.
-Спасибо, капитан, - тихо сказал Шеркан. - Вы позвали, и я увидел обратную дорогу.
Старая желтая звезда грела удивительно спокойным теплым ровным светом.
-Курс прежний - Чешуя Дракона. И я не настаиваю на немедленном прибытии.
-Да, капитан.
Не заметив когда, Риддик уснул и ему приснился большой лохматый зверь. Зверь лежал на боку, вытянув вперед лапы, и смотрел на него. Риддик сел возле зверя и начал гладить его рукой, понимая, что гладит не шерсть и даже не перья, а скорее пух, густой и теплый.
-Где твои перья?
-Я еще маленький, чтоб у меня были перья...
Глава 4
Держась за поясницу и едва перебирая ногами, Хранитель Библиотеки Эрихорн добрался до своего кресла. Опираясь дрожащими руками на широкие подлокотники, он медленно опустился в мягкую глубину кресла. Потом коснулся рукой стены сгустка, чтобы она стала прозрачной, и посмотрел наружу.
Дерево жизни. Четыре стихии и элементы, окружающие его. Все это - древняя забытая чушь. Дерево, как и всю планету, давно заменили металлической основой. Отсюда, сверху, хорошо просматривался этот круглый темно-серый цилиндр, противоположный край которого растворялся в голубой дали, искрящейся молниями. Вместо ветвей - металлические отростки, а вместо листьев - миллионы овальных сгустков, окруженных полупрозрачным молочным туманом. Ветер, и он не такой как прежде - с мрачным свистящим стоном, холодный и не ласковый.
Эрихорн тяжело вздохнул. Двойственность последнего предсказания, вернее даже не двойственность, а многовариантность его исполнения не давала ему покоя. Он не разделял твердой уверенности Эрион, которая ухватилась за один из вариантов и с маниакальной твердолобостью бросилась его исполнять. Он не ввязывался и не спорил, считая, что пусть она тешится, как ей хочет, лишь бы появлялись следующие предсказания, которые позволили бы двигаться дальше. Но в том-то и дело, что ТО предсказание было последним. За последние тридцать лет.
Надеясь рассеять свои сомнения, Эрихорн вновь и вновь пересматривал древние свитки, пыльными свертками рассованные по всем углам, а заодно собирая их на одну ветвь сгустка. Он собственноручно перебрал тяжеленные прямоугольные пластины летописей, от их символов рябило в глазах, но он ухитрился систематизировать и их. Он вспомнил многое, что уже успел забыть, когда, наконец-то, добрался до Книг предсказаний. Внимательно вчитываясь в каждое предсказание и двигаясь назад по веточкам уже исполненных, он пытался найти причину, из-за которой появилось последнее предсказание. И надеялся отыскать новое.
Хранитель Библиотеки устало провел ладонями по лицу.
Свитки, летописи, Книги... Разорвать бы стену сгустка, чтобы ветром вынесло отсюда этот хлам, это старье, привезенное со всех концов Галактики! Ведь все они противоречили друг другу, отстаивая каждый свою точку зрения. И все как один врали, потому точка зрения была только одна - планеты Четырех Стихий!
Эрихорн грозно прищурился, вглядываясь в светло-молочную далекую дымку. Потом встал.
