Соня напоминала Ашаю один из цветков, растущих в саду его дома. Колючий-колючий, с темным, почти черным стеблем, глянцевыми листьями - и дивными цветами нежного персикового оттенка.
- А какая она, ваша Земля, Соня?
Ему хотелось знать о своем цветке все… Но все знать невозможно, как постоянно напоминал себе Тай-до-рю, задавая очередной вопрос.
- Голубая, - после минутного раздумья ответила Соня. - И очень хрупкая. Как новогодний шарик на елке…
- Соня примолкла, поняв, что Ашай не знал, что такое Рождество, новогодние шарики и елка.
- Новый год - это такой… праздник. Конец старого года и начало нового. Когда-то его праздновали осенью, но теперь отмечают зимой. Дома мы всегда готовили много вкусной еды, покупали подарки друг другу и ставили елку. Она зеленая в любое время года, вся в иголках - таких маленьких острых листочках… На нее мы вешаем цветные шары, сферы. Моя планета похожа на такую сферу.
Соня по ходу вспоминала мелкие детали, какие-то семейные традиции, объясняла непонятное - как же хорошо, когда есть о чем и с кем поговорить! И выступить слушателем: Ашай обязательно потом расскажет ей о праздниках своего народа, раз уж случилось так, что тема сегодняшнего вечера соскочила с географии на традиции. Девочка только понадеялась, что его праздники будут более-менее мирными и без жертвоприношений.
- У вас очень интересный дом, Соня, - теплая грусть мелькнула в голосе шай-ти, - Жаль, что мы не знаем, где он…
Соня промолчала. Ей тоже было жалко, что планеты Земля нет ни на одной космической карте. Тогда бы она сумела вернуться. А может быть, ее бы и не похитили, и в Зверинец не посадили в качестве аттракциона.
Но… разве встретила бы она Ашая в таком случае?
От этой мысли по спине прошел холодок, заставив передернуть плечами.
- Но ведь когда-нибудь мы найдем мой дом! - храбрясь, попыталась улыбнуться Соня. - А пока я буду с вами. Если вы не против.
- Никогда, - покачал головой Ашай.
На столе лежали неровной стопкой прописи - у нее так и не получилось привыкнуть к электронной бумаге. И Ашай откуда-то достал обычную бумагу, зеленоватую и шершавую. С ней у девочки дело сразу пошло на лад и вот как третий день она писала на просто палочки и закорючки, а полноценные слова. Соня знала, что Ашай ей гордился: она читала это в его улыбке и глазах, слышала в ободряющих словах и объяснениях.
Мама на Земле всегда сокрушалась, что способностей к языкам у нее нет. Соня узнала, что главное - мотивация: при необходимости и на птичьем зачирикаешь, и на змеином зашипишь.
Желание что-то учить сейчас пропало, даже не появившись.
- Устали?
- Нет, - возразила Соня. - Просто… не хочется.
- Тогда давайте я вам еще что-нибудь расскажу?
Соня взвесила предложение и кивнула: да, на это она согласна. Только вот подушку-кровать поближе подтащит, завернется в одеяло, устроится калачиком рядом - но не до конца - и будет готова слушать все, что ей собираются рассказать. Истории Ашая неизменно оказывались лучше любой сказки и сна. На этой мысли Соня сделала зарубку на память: обязательно попросить Графа, чтобы Ашаю приснилась елка, украшенная шарами, бусами и разноцветной гирляндой из лампочек.
- Рассказывайте! Теперь я готова внимать и запоминать, - серьезно объявила Соня, скрывая на дне глаз лукавство.
- Почему мне кажется, что на середине рассказа вы заснете?
- Вам неправильно кажется, - чуть нахмурилась Соня, но губы у нее так и норовили расползтись в улыбке. - Минут через пятнадцать - максимум!
- Ну, если через пятнадцать, то это совсем другой разговор, - согласился Ашай, укладывая подбородок на сцепленные в замок ладони. - И про что же вам рассказать, Соня?
- Не знаю. Про что-нибудь. Мне все интересно.
- Одним из самых почитаемых праздников у шай-ти считается…
Голос Ашая убаюкивал, словно в теплое пуховое одеяло укутывал. Соня моргнула раз, другой и закрыла глаза. Через несколько минут она уже крепко спала.
Сегодня ее ждал не просто поезд, а корабль на колесах. Маленький, человек на десять, не больше, под белоснежными легкими парусами и с гамаками вместо сидений, цепляющимися за огромные железные крюки. На мачтах развевались флаги - на всех трех разные. А ей самой вышло быть маленькой семилетней девочкой в сарафане в подсолнухи и ярко-алой шляпке с ним же.
Железная дорога вилась змейкой по берегу моря, скрывалась в прибое и взбиралась на мокрые от воды, усыпанные ракушками и водорослями, камни. ‘Вперед, только вперед!’ - напевали колеса. Корабль нес своих пассажиров мимо города морских жителей, старой мельницы, розового сада - и многих других снов. На горизонте изумрудно-зеленым пятном замаячил остров. Когда Соня была на нем в первый раз, ее окружал лишь серый пепел и смерть. А сейчас он снова зазеленел, наполнился жизнью и счастьем.
Соня покачала головой - нет, ей сегодня не нужен был этот сон.
