Макки не был в этом уверен, но, кажется, его собственный ответ вселил в него страх. Фэнни Мэй на этот раз ответила еще громче.
– Мне удалить Макки с Досади сейчас? Контракт позволяет.
– Я разделю судьбу Досади.
– Макки!
– Не спорь со мной, Фэнни Мэй. Я разделю судьбу Досади, если вместе со мной ты не удалишь узел/человека вместе со мной.
Он вызвал в сознании проекцию Джедрик. Это было легко, потому что он обладал всей полнотой памяти Джедрик.
– Она носит тело Макки!
В голосе Фэнни Мэй он услышал горький упрек.
– Она находится в другом теле, – сказал Макки. Он понимал, что калебан знает о его новых отношениях с Джедрик. Все зависело теперь от интерпретации контракта.
– Джедрик – досадийка, – возразил калебан.
– Я теперь тоже досадиец.
– Но ты Макки!
– Джедрик – это тоже Макки. Свяжись с ней, если не веришь мне.
Он со злостью прервал контакт и, придя в себя, понял, что лежит на полу. Мышцы до сих пор слегка подергивались. Женское тело купалось в поту, сильно болела голова.
Выполнит ли Фэнни Мэй его просьбу? Он знал, что Джедрик может создавать проекции его сознания так же, как он мог создавать проекции ее сознания. Как истолкует в этой ситуации Фэнни Мэй свой контракт?
Боже, как сильна эта жгучая головная боль! Он чувствовал себя чужаком в теле Джедрик, чужаком, которого к тому же весьма дурно используют. Боль не утихала, и Макки испугался, что причинил мозгу Джедрик непоправимые повреждения, слишком сильно направив фокус сознания на эпифиз.
Он медленно сел, потом встал. Ноги Джедрик подкашивались от слабости. Он подумал, что Джедрик сейчас за дверью дрожит в трансе, который необходим для непосредственного контакта двух сознаний. Почему все продолжается так долго? Может быть, калебан ушел?
Он направился к двери, но не успел сделать и двух шагов, как вокруг вспыхнул ослепительный свет. На мгновение ему показалось, что это вспышка, которая сейчас бесследно поглотит Досади, но свет продолжал сиять. Он огляделся и обнаружил, что находится на открытом воздухе. Он сразу узнал это место: судебный двор Сухих Голов на Тандалуре. На стенах он увидел эмблему филума: говачинские письмена на зеленой стене. От углового бассейна доносился плеск воды. Под сводом входных ворот стояла группа говачинов, и в одном из них он узнал своего старого учителя из Сухих Голов. Когда-то эти говачины защищали его, учили его и посвятили во множество своих тайн.
Говачины высыпали во двор и окружили лежавшую на земле фигуру. Она зашевелилась и села.
Макки узнал свое собственное тело.
Джедрик!
Сейчас они были нужны друг другу, как никогда раньше. Обмен телами совершался мгновенно. Макки тотчас оказался в своем привычном теле, сидя на холодных плитках.
– Макки, что это значит?
– Ты вывалился из люка перескока!
– Ты не пострадал?
Он отмахнулся от вопросов, скрестил ноги и погрузился в долгий транс, сосредоточившись на бусинке в желудке. Билдун не рассчитывал, что Макки когда-нибудь воспользуется этим средством коммуникации.
Услуга была оплачена, и все пошло как по маслу. Тапризиот, сидевший в Главном Центре в ожидании сигнала, услужливо раскрыл свое сознание. Макки отказался от контакта с Билдуном, но вместо этого связался с шестью тапризиотами, а через них с главными агентами БюСаба – все это умные, способные агенты, беззаветно преданные делу. Он передал им всю информацию по Досади, используя технику извлечения сведений из их общего с Джедрик сознания.
Возникло всего несколько вопросов, но ответить на них не представило никакого труда.
– Калебан, который держит в плену Досади, играет роль Бога. Такова буква контракта.
– Калебаны одобряют это?
Этот вопрос прозвучал из уст проницательного урива, который был возмущен тем фактом, что говачины решили подготовить из уривки Цейланг легума.
– В данном случае неприложимы категории одобрения или неодобрения. Роль была предписана условиями контракта с калебаном.
– Это, стало быть, игра?
Агент-урив возмутился еще больше.
– Возможно. Определенно можно сказать только одно: калебаны не понимают, что такое разрушительное поведение и нарушение этики, так, как это понимаем мы.
– Мы всегда это знали.
– Но теперь мы столкнулись с этой проблемой по-настоящему.
Сделав шесть вызовов, Макки отправил своему тапризиоту запрос на связь с Аричем и нашел Высшего магистра Бегущих в бассейне.
– Приветствую вас, клиент.
Макки изобразил легкое недоумение. Он почувствовал, что говачин был потрясен и шокирован его появлением.
– Есть некоторые вещи, о которых ваш легум должен поставить вас в известность, пользуясь священной печатью, скрепившей наши отношения, – сказал Макки.
– Вы хотите привести нас на судебную арену?
Высший магистр был понятлив и обладал некоторыми дарованиями досадийца, но все же настоящим досадийцем он не был. Теперь Макки было довольно легко манипулировать Аричем, пользуясь глубинными мотивациями магистра. Когда Арич стал возражать против аннулирования контракта о Стене Бога, Макки содрал лишь первый слой, слегка приоткрыв свою решимость.
– Вы же не хотите еще больше осложнить жизнь вашему легуму?
