Джина задумалась. Вот откуда такая огромная сила отметки, раздвигающая само море. Она взглянула на Рейна – на его угрюмое лицо, сильную спину и грозный взгляд. Да, внешне этот человек вполне похож на главнокомандующего, хоть и в далеком прошлом. А ведь родом он тоже из Оостероса, как и все здесь, кроме Су Цим и Марвина. Так вот почему он такой понурый! Буквально все в путниках напоминает ему о бывшей родине. А ее Величество последняя Оостерос – та, кому он был верен больше всего – погибла из-за Имудзэ, чей представитель тут также имеется.
– Мы на месте! – Громко произнесла Джоша, выходя вперед. – Сегодня мы займемся продуктами! Ведь для шествия нужно все свежее, не так ли?
Даже до сих пор сохранявший самообладание Алан тяжело выдохнул, в очередной раз собирая волосы в хвост. Все уже порядком устали, но их цель важнее.
– Кстати, – Обратилась к Джоше Андреа, таща еще один ящик с подозрительно сладким ароматом внутри. – А вам совсем неинтересно, зачем нам нужно к императору?
– Интересно. – Девушка с кисточкой в руках подкрашивала прилавок от потертостей. – Но надо – значит надо. Все равно мы вас одних не оставим и пойдем все вместе.
Капитан кивнула в ответ и заглянула-таки краем глаза в ящик. Синнабоны! Очаровательно, сегодня они обязательно их отведают всей командой.
* * *
Главная улица была пуста, если это можно назвать пустотой: по бокам выстроились огромные ряды желающих посмотреть на главное празднество. Стоял галдеж, от которого в ушах болело. Команда “Трисы” выстроилась поодаль: все равно шествие рано или поздно дойдет до этого места.
Громко ударил барабан. Затем еще снова. Еще раз, быстрее. Барабанная дробь заставила народ утихнуть и внимательно рассматривать стороны освобожденного прохода. Дробь прекратилась, наступила тишина. Послышались вспышки огня: в начале коридора заиграли языки пламени.
Пламя выстрелило вперед и замысловатыми узорами описало толпу. Вслед за ним понеслась водяная струя. Огонь и вода игрались друг с другом, переливаясь в воздухе. Толпа ахала и завороженно наблюдала. Языки пламени и водяная струя взметнулись в воздух, столкнулись и рассыпались мелким дождем. Джина не могла оторвать взгляд от летящих капель.
Звук барабана вернулся. Он отстукивал необычный живой ритм. С крыш домов выскочили мускулистые танцоры с обнаженным верхом. Они спрыгнули вниз, сильно удивив народ, и принялись танцевать отточенный танец: смесь боевых искусств и резких движений. Через несколько секунд они вообще принялись своеобразно сражаться друг с другом.
Вдруг они резко прекратили и машинально ретировались в конец улицы. Началось шествие: вперед вышли огненные фокусники. Их плотная одежда обнажала только спины: отметки пламени нет, но их огненные мечи и другие виды оружия пылали в их руках искусно переходили из одних рук в другие. Кто-то извергнул мощный поток огня в толпу: но он до нее не дошел, а лишь растворился в нескольких метрах.
Далее за ними двигались гимнасты. Их гибкость – просто что-то невероятное. Их тела слово сделаны из резины, они показывали самые разные упражнения, которые казались Джине нереальными для исполнения. Ходьба на руках, сальто, шпагаты. Они поднимали друг друга, переворачивались в воздухе. Выстроились в пирамиду и исполнили трюк: подбросили девушку высоко вверх, а затем снова поймали.
За танцорами проследовала передвижная сцена, в середине которой Джина узнала госпожу Юн Шэн в золотом кимоно. Она искусно танцевала с веером, приветствуя толпу, которая при виде нее заметно оживилась. Юн Шэн вскинула руки, из которых вверх взвилось пламя.
За сценой проследовала еще одна, на которой с десяток красивых леди в алом исполняли групповой танец. Издалека их позиция напоминала большой лотос, у которого раскрывались лепестки.
А дальше внимание Джины к происходящему сошло на «нет». Однотипные танцоры, у которых менялась только одежда и немного стиль танца, размахивающие всевозможными агрегатами: лентами, мечами, веерами, кнутами. Из интересного: мужчина в огромной шляпе выпускал в толпу созданные отметкой цветы. Алану даже удалось поймать один, который он с улыбкой подарил красному, озлобленному такой шуткой, Марвину. Музыканты с бубном, барабаном и духовыми инструментами замыкали строй.
Под конец началось то, ради чего они вообще сюда прибыли.
На открытом паланкине, окруженная свитой в роскошный нарядах сидела женщина, чье лицо было трудно рассмотреть с расстояния. Золотое одеяние, идеально ровная осанка и сверкающая диадема с темными сверкающими камнями говорили о том, что это та, кто им необходим. Толпа ликовала при виде своего императора. Она приветливо махала своим подданным, приветствуя тех, кто находился ближе всех. На начале императорской речи путникам пришлось удалиться.
Шествие окончилось, и начался пир, на который они не пошли. Андреа держала в руках пакет с синнабонами, а этого достаточно, чтобы отдохнуть в гостинице, перекусить, дождаться Джошу… Нет, госпожу Юн Шэн, и отправиться к императору.