"Бог есть ни Дух ни разум, он не имеет ни воображения, ни мысли, ни рассудка, ни понимания; он не есть ни слово ни мысль, не может быть ни назван ни понят; он не есть ни число, ни порядок, ни величие, ни малость, ни равенство, ни неравенство, ни подобие, ни различие. Он не неподвижен – ни в движении ни в покое. Он не имеет силы и не есть ни сила ни свет. Он не живет и не есть жизнь. Он ни сущность, ни вечность, ни время… Он не имеет способности восприятия. Он – ни знание, ни истина, ни власть, ни мудрость; он не есть ни единое, ни единство, ни божественность, ни добро. Он не Дух в том смысле, как мы понимаем духов; он не сыновность, не отцовство, не какая-либо из вещей, которые могут быть поняты нами или кем-либо другим. Он – ничто из того, чего нет, и ничто из того, что есть. Ни одна из существующих вещей не знает его таким, каков он есть, и он не знает ни одной из существующих вещей такою, как она есть. В нем нет ни слова, ни имени, ни знания; он – ни тьма ни свет, ни заблуждение ни истина. О нем нельзя высказать ни абсолютного утверждения ни абсолютного отрицания, и, утверждая или отрицая вещи, стоящие ниже его, мы не могли бы утверждать или отрицать его самого, ибо эта совершенная и единственная причина всех существ превосходит все утверждения, и тот, кто вполне независим и стоит выше остальных существ, превосходит все наши отрицания". {Ср. "Deus (Kopter exceleniiam non immerito Nihil vocatm" (Скот Эригена).
"Первоначальная Любовь есть ничто по отношению к другим вещам" (Яков Беме).
"Gott ist laufa Nicht, ihn rьhrt kein Nun noch Hier" (Ангелус Силезиус).
Отрицание выражено здесь не слабее, чем в знаменитых строфах Шанкары, которые Вивекананда произносит перед умирающим Рамакришной в саду в Коссипоре:
Я ни дух, ни разум, ни ego, ни субстанция духа,
Я ни чувства… ни эфир, ни земля, ни огонь или воздух,
Я ни отвращение, ни привязанность, ни вожделение и т. д.
Я ни грех, ни добродетель, ни радость, ни горе… и т. д.
Я Абсолютное Бытие, Абсолютное Знание, Абсолютное Блаженство…
Я – Он, я – Он…
(Цитировано в Prabuddha Bharaia, март 1929 г.)
Я сказал бы даже, что индусская мысль здесь менее смела, чем христианская, ибо после каждой из строф отрицания она спешит вновь утвердиться на "Бытии, Знании, Блаженстве", если даже они и "абсолютные"; христианские же мистики, все, исходящие из учения Дионисия, все отбрасывают, уничтожают у Бога всё, вплоть до Бытия и Сущности.}
Какой религиозный индус не признает в интеллектуальном опьянении этого полного отрицания – адваитических поучений абсолютной Джнана-иоги, дошедшей до вершины постижения?
В этой точке Божественной победы, овладения "сверхразумным, причиной всякого разума", {"Божественная Мудрость, совершенство которой делает ее сверхразумной, есть причина всякого разума" (Имена Божий. VII).} освобожденная, просветленная душа вступает в Мир и Молчание Единства. {Ср. в "Именах Божьих" прекрасную главу X о Божественном Мире - этом божественном покое, – который святой Юстус называет чудесно-активным молчанием и неподвижностью.
