Да, самые сильные оковы мы навешиваем на себя сами, повинуясь чувству жалости и чувству долга…
– Что сделано, то сделано. Я женюсь на Иришке.
– Без любви?!
– Иришка красивая, хорошая, добрая…
– Всё это замечательно, – перебил его Геннадий. – Только, дорогой мой, «за что-то» уважают, а любят «несмотря на». Будешь ли ты счастлив с нелюбимой женщиной?
– Вот как раз с ней-то я и буду счастлив.
– Дай-то бог, – пожелал Геннадий. – Я буду рад, если всё у тебя сложится хорошо.
– Спасибо.
– Кто Анжелике скажет о твоей свадьбе? Хочешь, это сделаю я, – сказал Геннадий и с болью посмотрел на Алексея.
– Нет. Я сам.
– Да, так будет лучше.
В этот же вечер Алексей постучался в комнату к Анжелике.
– Входите. Открыто, – крикнула она.
Лёшка вошёл. Анжелика лежала на кровати с мокрым полотенцем на лбу.
– Ты?! Зачем пришёл? – насторожилась девушка.
– Попрощаться. Я скоро от вас уеду.
У Анжелики сердце сжалось и, казалось, перестало биться.
– Далеко? – еле слышно произнесла она.
– В Америку.
– Ты женишься? – догадалась она.
– Да.
– На той, с корабля?
– Да.
Анжелика почувствовала, как у неё застрял комок в горле.
– Она хорошенькая, – с болью сказала она.
– Она хорошая, – добавил Лёшка.
– Ах да, женятся ведь на хороших. Это спят со всякими, типа меня! – с отчаянием усмехнулась Анжелика.
– Не говори так.
– А что мне сказать? Желаю вам счастья! – пожала плечами Анжелика.
– Спасибо. И я тебе тоже желаю счастья. Желаю найти богатого мужа, как ты и хотела, – по-доброму сказал Алексей и улыбнулся.
– Спасибо, – тоже улыбнулась Анжелика. – А твоя-то жена богатая?
– Да. Очень.
– Ого! Значит, ты недалеко от меня ушёл.
– Да, мы с тобой из одной помойки, – ответил Лёшка, и они оба усмехнулись.
После этого наступила пауза. Они не знали, что друг другу сказать. Лёшка понимал, что пора уходить, но не мог себя заставить.
– Лёш! – вдруг тихо сказала Анжелика.
– Что?
– Ты мне не намочишь холодной водой полотенце? А то голова так болит!
– Хорошо.
Лёшка взял у неё полотенце, намочил холодной водой и осторожно положил ей на лоб. Глаза их встретились. Они так друг на друга посмотрели! С такой любовью и одновременно с такой невыносимой болью! Лёшка не сдержался и вдруг прильнул губами к её губам. Анжелика тут же обняла его, и они стали осыпать друг друга поцелуями. Они оба, словно осуждённые на долгий срок перед разлукой, вцепились друг в друга, желая хоть ещё один, последний миг насладиться близостью. Анжелика притянула Лёшку к себе, желая, чтобы он лёг рядом. Но Алексей вдруг отпрянул.
– Нет. Не надо. Ничего уже не изменишь. Мне придётся на ней жениться. Я не смогу бросить эту девушку перед свадьбой. Иришка этого не вынесет. Она тогда что-нибудь с собой сделает. Ведь она уже пыталась отравиться. Нет, я не смогу так с ней поступить.
– Я понимаю. Но подари мне эту, последнюю ночь. Пожалуйста! Я так тоскую по тебе, Лёшка! Я очень тоскую!
– Я тоже! – признался Алексей и прижал к себе любимую.
Они наслаждались друг другом всю ночь, боясь заснуть и пропустить последние мгновения близости. А под утро Алексей, лёжа в объятиях Анжелики, решил:
– Я не буду жениться. Я постараюсь ей всё объяснить.
– Ещё чего! Ты обязательно женишься! – возразила Анжелика. – Такую богатую невесту нельзя упускать. Это глупо! Кроме того, вдруг она действительно выпрыгнет из окна? Ты потом сам всю жизнь будешь каяться да и меня станешь упрекать за то, что я твою хорошую девочку сгубила!
– Но я очень люблю тебя!
– Этого для счастья мало. Я не хочу выходить замуж по любви. Тем более за тебя. Через месяц мы с тобой разругаемся, а твоя краля уже уплывёт. И что ты будешь делать? Бить меня со злости? Ну уж нет! Лучше я тоже поищу себе богатого «толстосумика», которого и осчастливлю. Я, милый мой, тоже мечтаю жить в роскоши.
Анжелика всё это говорила, потому что знала: Лёшка хочет это слышать. Он просто не в силах поступить подло с той девчонкой, сбежать от неё накануне свадьбы. А ещё Анжелика понимала, что если Лёшка сейчас всё-таки бросит эту «выхухоль», то потом при каждой ссоре мысленно, а может, и вслух он будет жалеть о том, что променял богатую, хорошую, добрую девушку на такую стерву, как она.
– А как же ты? – спросил Лёшка виновато.
