Иришка лежала на огромной кровати в окружении многочисленных атласных подушек и игрушечных медведей. Увидев парня, она вскочила и с радостным визгом повисла у него на шее.
– Ты вернулся! Ты вернулся! Я знала, что ты обязательно вернёшься!!! Любимый мой!
– Нет, Ириш, я приехал к тебе как друг, – отстранил её Лёшка. – Мы с тобой всего лишь друзья. Только друзья! Не грусти. Ты обязательно ещё встретишь парня, который…
Но Иришка закрыла ему рот ладонью.
– Мне никто не нужен! Я тебя люблю! Очень сильно люблю!!! Лёшенька, миленький, пожалуйста, не бросай меня! Ты ведь больше не будешь мучить меня, правда? Ты не исчезнешь так надолго, да? Обещай мне, ну пожалуйста!
– Я ещё раз тебе повторяю, что мы с тобой всего лишь друзья. Поняла? – терпеливо втолковывал ей Лёха.
– Хорошо, мы друзья, – согласно кивнула она головой. – Но ты ведь будешь приезжать ко мне в гости, правда?
И она посмотрела на него такими несчастными глазами, что ему пришлось сказать:
– Буду. Но только как друг!
– Хорошо-хорошо, – она шмыгнула носом и наконец-то улыбнулась. – Я так рада, что ты приехал!
Лёшка поразился, насколько сильно она похудела. Весь вид девушки был таким измождённым, что у Алексея даже перехватило дыхание от жалости.
– А сейчас пойдём погуляем, – предложил он. – Тебе надо побольше бывать на свежем воздухе. Вон ты вся бледная какая, синяки под глазами…
– О да! Конечно! Я сейчас. Я мигом переоденусь! – крикнула радостно она и убежала в гардеробную комнату.
Лёшка сел в кресло, которое больше было похоже на трон.
– А у нас за домом есть пруд. Там лебеди плавают! – кричала из гардеробной Иришка. – А можем ещё походить по парку. Там очень красивые фонтаны!
– Я не собираюсь гулять здесь под присмотром твоих телохранителей, – сказал Лёшка. – Поехали лучше в Москву.
– В Москву?! Здорово! – с восторгом воскликнула она и высунула голову из-за двери. – Ой! А меня всё равно без телохранителей не выпустят. Или с моей мамой придётся ехать. Одну меня ни за что не отпустят!
– Отпустят, – уверенно сказал Лёшка. – Ты одевайся, а я пойду пока машину прогрею.
Открыв дверь, Лёшка тут же столкнулся с Антониной Сергеевной.
– Вы что, подслушивали нас?! – возмутился он.
– А вы решили, что я свою дочь оставлю в комнате с мужчиной одну? Да мало ли что вам пришло бы на ум!
– Да вам самим нужно психиатра пригласить! – взбесился Лёха. – Ей уже двадцать лет! А вы с ней носитесь как с младенцем! Да я бы на вашем месте даже нанял ей мужика, чтобы он её трахнул. Тогда бы все проблемы у неё исчезли!
Мамаша от таких слов даже оторопела. Она не знала, что и сказать.
– В общем, так, – заявил Лёшка. – Мы сейчас с Иришкой едем в Москву. Если я увижу, что за нами кто-то из ваших верзил следит, то я сразу же разворачиваю машину и привожу вашу малышку обратно. И больше я возиться с ней не буду! Ясно?
– Ясно, – покорно кивнула Антонина Сергеевна. – Мы не будем следить. Обещаю. А во сколько вы её вернёте?
– Во сколько захочу, во столько и верну! – прорычал Лёшка и пошёл во двор.
С тех пор Лёшка стал иногда приезжать за Иришкой и увозить её в Москву. Они гуляли по паркам, танцевали в клубах, ходили в кино. Иришка совсем поправилась. Она даже ещё больше похорошела. Глаза её постоянно светились от счастья, и хоть между ними и был уговор, что они всего лишь друзья, Иришка смотрела на него с таким обожанием и так нежно прижималась к его плечу, что в конце концов и Лёшка растаял. Всё чаще и чаще ему в голову приходила мысль, что Иришка хорошая для него пара и что не так уж и плохо было бы, если бы они поженились.
Через некоторое время отец Иришки пригласил Лёху в свой кабинет и с ходу начал деловой разговор:
– Алексей, понимаете, сложились такие обстоятельства, что я со всей своей семьёй должен срочно переехать жить в Америку. Мой бизнес в основном разворачивается там. И я уже устал постоянно ездить туда в командировки. Это неудобно и мешает моему делу. Так вот, вопрос с переездом уже решён. Но вся загвоздка в Иришке. О том, чтобы оставить дочь здесь, сами понимаете, не может быть и речи. Но без вас она наотрез отказывается уезжать. Я её и упрашивал по-хорошему, и хотел силой увезти, но дочь упрямится и дерзит, чего раньше никогда она себе не позволяла. Грозится даже покончить жизнь самоубийством!
Мужчина тяжело вздохнул, закурил сигару и продолжил:
