Правильно, это про то самое, о чем вы подумали, прочитав название. И еще о попаданцах. Как же без них? Кто-то должен объяснить женщинам, что им нравится на самом деле)).Если угодно, это сказка для мужчин. И для женщин тоже. Те представительницы прекрасного пола, которые отважатся прочитать эту книгу, потом поймут почему))Лето, я на отдыхе, и мне захотелось написать что-то легкое. Надеюсь, мне удастся реализовать замысел. И цель обозначена: книга без слишком острых углов и значительных напряжений. Пусть будет все легко и приятно: и для главного героя, и для меня, и для моих читателей. Пусть все будет сказочно. Ведь нам, взрослым дядям и тетям иногда хочется попасть в сказку. Сказка здесь будет. Приятная сказка для взрослых, со всем вытекающим, затекающими и нескромной отметкой 18+. Я не хочу раскрывать сюжет, скажу лишь, что у ГГ попадет в невозможный с нашей точки зрения мир. Физику и механику этого мира можно объяснить лишь как: Чудо, Обыкновенное Чудо. Теперь в книгу!⏩
Происходило что-то странное и, пожалуй, страшное. Никогда на Дачном не было такого ветра и таких волн! Вы можете представить двухметровые волны на нашем озере? Все-таки Дачное далеко не море. Самое скверное, что нас понесло! Понесло быстро, все дальше от берега в сторону Срединных островов, несмотря на то что я старательно работал веслами.
— Говорил, мотор надо ставить! — проворчал Карасев. Его сердитые слова почти не слышались в реве ветра.
Быть может, и надо мотор. Мне не хотелось возиться с установкой, и плыть к островам мы не собирались. Трехлошадный Golfstream так и остался лежать рядом с джипом под охраной Лорда. Кстати, Лорд — пес Глеба Карасева будто предчувствовал, что произойдет нечто такое, чему нет здравого объяснения. Задрав морду к небу, потемневшему от туч, он поскуливал, когда мы грузились в лодку. А когда отплывали, смотрел на нам в след такими печальными глазами, словно навсегда прощался. Если бы Глеб не прикрикнул на него, наверное, бросился за ними вплавь.
— Саня! Лодку! Лодку против волны держи! Перевернет к черту! — вцепившись одной рукой в сидение, другой в крепежную ленту орал Глеб, будто я без него не понимал, как надо.
Однако следовать бессмысленным указаниям Карасева, да и своему разумению не получалось: нас швыряло, вертело, точно мы попали в океанический шторм. «Тайга» стала совсем неуправляемой, и от моих стараний уже не было никакого толка. Злой, остервенелый ветер срывал с волн щедрые пригоршни воды. Они хлестко били в лицо, заливали лодку. Мой рюкзак, вещи Глеба, удочки и улов — четыре крупных карася и полуторакилограммового карпа — вынесло за борт. Удивительно как мы еще держались в лодке, которой как щепкой играла внезапно разыгравшаяся стихия. И это происходило на Дачном, относительно небольшом озере, шириной этак километров пять-шесть! Сильный ветер здесь иногда бывает, но таких волн не могло быть в принципе!
— Да что за херня! Дай я буду грести! — рассвирепел Карасев, недовольный моими стараниями.
Он привстал, отпуская крепежную ленту. Я хотел было заорать на него, осадить, но в этот момент лодку резко качнуло налетевшей волной, накренило, ставя на бок. Я не успел и слова выкрикнуть, как Карась вылетел за борт. Бросая весла, я схватился за веревку, тоже привстал, вертя головой, отплевываясь от бившей в лицо воды и вглядываясь зеленовато-темные волны. Глеба не было! Не было нигде!
— Карась! Карась, сука! — прокричал я, до боли сжимая резавший пальцы капроновый трос.
Карасева не было! Глеб хорошо плавал, но в этих, кипящих от ярости ветра водах, захлебнуться и утонуть проще простого. Ветер стал таким, что когда я открывал рот, у меня раздувались щеки. Не знаю, смерч это или какой-то необъяснимый природный пиздец.
Мысль о том, что Глеб утонул, стала столь тяжелой, что подкосились ноги. Я осел на залитое водой дно, рука безвольно скользнула по туго надутому борту. Глеб! Мой лучший друг с первых классов школы! Больше двадцати пяти лет вместе! В какой-то особо горький миг мне стало все равно, что будет дальше. Лодку начало вертеть с бешеной силой, колючий ветер норовил содрать с меня мокрую одежду. В ладонь вонзился рыболовный крючок — не знаю откуда он взялся. Сейчас я даже не думал его выдернуть. Через мгновенье дно лодки оказалось над моей головой. Беспощадно и жутко воды Дачного сомкнулись надо мной. Меня тянуло на дно, тело словно стало каменным.
Быть может, холодная вода отрезвила меня, вмиг смывая оцепенение, отчаянье после произошедшего с Глебом. Близость смерти придала сил. Мерно работая руками и ногами, стараясь не поддаваться панике, я устремился к поверхности. Открыл глаза, пытаясь найти взглядом «Тайгу». С нее должен был свисать трос, который я так неудачно выпустил из рук.
К моему изумлению, сквозь толщу воды пробивались лучи солнечного света. Этого никак не могло быть, ведь меньше минуты назад небо было затянуто тучами! Самыми черными тучами, которые мне доводилось видеть за всю жизнь! Трудно поверить, что за десяток-другой секунд тучи разошлись. И вода… вода уже не казалась такой холодной.
Не найдя взглядом лодку, я вынырнул. Жадно, со звериным хрипом вдохнул воздух. Он ворвался так волшебно, так мощно, что казалось треснут реберные кости. Кружилась голова, ломило в висках. Яркий солнечный свет слепил глаза. Ветра не было и в помине. Вокруг меня простиралась водная гладь, а над головой раскинулась сапфирово-синее небо. Клянусь, такого неба не бывает в Подмосковье! А если бывает, то только в редкие ясные дни сентября. Сейчас же был май.