— Как вы не тактичны, Флорес, когда же я научу вас держаться в приличном обществе? И прошу не называть меня Тернип. Они, изволите ли видеть, назвали меня так в шутку, по причине моей головы, которая, как им кажется, напоминает репу… — и сняв котелок, он провел по голому желтоватому черепу, сохранившему, по странной игре природы, пучок волос на темени.
Мисс Кингман невольно улыбнулась меткому прозвищу.
— Но что же вам от меня надо? — опять повторила свой вопрос Вивиана.
— Губернатор Острова Погибших Кораблей, капитан Фергус Слейтон, издал приказ, которому мы должны слепо и неуклонно повиноваться: каждый вновь прибывший человек должен быть немедленно представлен ему.
— И уверяю вас, мисс или миссис, не имею чести знать, кто вы, вы встретите у капитана Слейтона самый радушный прием.
— Я никуда не пойду, — ответила мисс Кингман.
Тернип вздохнул.
— Мне очень неприятно, но…
— Будет тебе дипломата разыгрывать, — опять грубо вмешался Флорес и, подойдя к Вивиане, повелительно сказал:
— Вы должны следовать за нами.
Мисс Кингман поняла, что сопротивление будет напрасным. Подумав несколько, опа сказала:
— Хорошо. Я согласна. Но разрешите мне переодеться, — и опа показала на свой рабочий костюм и фартук.
— Лишнее! — отрезал Флорес.
— Ведь это не займет много времени, — обратился Тернип одновременно к Флоресу и мисс Кингман.
— О, всего несколько минут! — и опа оставила палубу.
Через несколько минут Флорес заметил, что пароходная труба задымила. Он сразу понял военную хитрость.
— Проклятая баба перехитрила. Видишь дым? Это сигнал. Она зовет кого-то на помощь! — и, снимая с плеча винтовку, он стал бранить Тернипа. — А все ты! Растаял. Вот, я скажу твоей старухе!
— Вы неисправимы, Флорес. Не могли же мы тащить силой беззащитную женщину.
— Рыцарство! Галантность! Вот тебе Фергус пропишет рыцарство… Не угодно ли? — и, взяв ружье наперевес, он кивнул головой к борту, через который перепрыгивали Гатлинг и все еще мокрый Симпкинс, весь в зеленых водорослях, с прицепившимися к одежде крабами.
— Это еще что за водяной?..
Начались переговоры. Гатлинг не побоялся бы помериться силами с этими двумя оборванцами. Но если они не врут, борьба ни к чему не приведет: на острове, как они уверяют, живет целое население — сорок три хорошо вооруженных человека. Силы неравны, — победа должна остаться на стороне их.
Оставив в залог Симпкинса, Гаглинг отправился обсудить положение с мисс Кингман. Она также была согласна с тем, что борьба бесполезна. Было решено итти всем вместе «представляться» капитану Фергусу.
«Она, как стрела, пущенная в небо», говорит индусский поэт о прямой и стройной арека-пальме с пышно раскинувшейся на вершине кроной узорных листьев. Орехоподобные фрукты этой пальмы употребляются в пищу, а семена, похожие на листья бетеля, заменяют индусам жевательный табак. Для того, чтобы взобраться по гладкому стволу арека-пальмы, туземцы-индусы связывают подъемы своих ступней вместе так, чтобы пятки были прижаты плотно одна к другой, и, действуя свободными руками, обхватывают ствол пальмы связанными ногами, которые образуют род щипцов. На нашей фотографии изображены два туземных охотника за орехами, взбирающиеся на вершины пальм.
