К обломку мачты был привязан скелет. Лохмотья одежды еще сохранились на нем. Уцелевшие кости рук болтались на ветру, но остальные уже давно выпали из плечевых суставов и валялись на полу палубы. Кожа на лице сохранилась, иссушенная горячим солнцем. На этом пергаментном лице сверкала улыбка черепа. Полуистлевшая красная шапка покрывала его макушку.
Один момент, и Гатлинг прыгнул на палубу брига.
— Что вы делаете, Гатлинг? Бриг может отойти от парохода. Тогда вы погибли.
— Не беспокойтесь, мисс, я успею. Здесь есть что-то интересное.
Гатлинг побежал к скелету, схватил запечатанную бутылку и прыгнул на палубу парохода в тот момент, когда бриг отошел уже почти на метр.
— Сумасшедший! — встретила Гатлинга побледневшая мисс Кингман, радуясь его благополучному возвращению.
— Ну, ради чего, в самом деле, вы так рисковали? — спросила мисс КинСман, глядя на бутылку. — Этого добра у нас достаточно.
— А вот, посмотрим, — Гатлинг отбил горлышко бутылки и извлек полуистлeвший листок синеватой бумаги. Выцветшие, почти рыжие буквы еще можно было разобрать.
Очевидно, гусиным пером, со странным росчерком и завитушками, было написано:
Когда Гатлинг кончил читать, наступило молчание.
— Как это жутко и странно, мы получили поручение от мертвеца передать прйвет его жене, которая уже двести лет, как в могиле… — и, вздрогнув, мисс Кингман добавила, — сколько ужасных тайн хранит это море!
— Пятьдесят тысяч гульденов, — думал вслух Симпкинс, провожая глазами удалявшийся бриг. — Сколько же это будет по курсу на сегодняшнее число?..
— Земля! Земля! Мисс Кингман! Гатлинг! Идите сюда скорее. Мы приближаемся к какой-то гавани. Видны уже верхушки мачт и трубы пароходов. Вон там. Смотрите туда… левее! Еще вот!
Гатлинг посмотрел в подзорную трубу.
— Открытая вами гавань имеет чертовски странный вид, Симпкинс. Эта «гавань» тянется на много миль: мачты и трубы и опять мачты… Но обратите внимание: ни одна труба не дымит, а мачты… Их оснастка, паруса?.. Посмотрите, мисс Кингман, — и Гатлинг передал ей подзорную трубу.
— Да, это скорее какое-то кладбище кораблей, — воскликнула Вивиана. Мачты и трубы изломаны, от парусов остались одни колчья… и потом, где же земля? Я ничего не понимаю…
— Нельзя сказать, чтоб и для меня все было понятно, мисс, — ответил Гатлинг, — но, я думаю, что дело обстоит так: в Саргассовом море, в этом стоячем болоте, очевидно, есть свои течения, хотя и очень замедленные водорослями. Очевидно, мы попали в одно из этих течений, которое, увы, и привело нас к этой «тихой пристани». Вы посмотрите, в какую «гавань» входим мы. Вот кто встречает нас, — и он жестом показал вокруг.
