Проэктированныя нами реформы гоевскихъ финансовыхъ учрежденій и принциповъ мы облечемъ въ такія формы, что они никого не встревожатъ. Мы укажемъ на необходимость реформъ вслѣдствіе того безпорядочнаго сумбура, до котораго дошли финансовые безпорядки у гоевъ. Первый непорядокъ, укажемъ мы, состоитъ въ томъ, что у нихъ начинаютъ съ назначенія простого бюджета, дотягиваютъ до половины года, затѣмъ требуютъ поправочный бюджетъ, который разстрачиваютъ черезъ три мѣсяца, послѣ чего просятъ дополнительный бюджетъ, и все это оканчивается ликвидаціоннымъ бюджетомъ. А такъ какъ бюджетъ слѣдующаго года назначается согласно суммѣ общаго подсчета, то ежегодный отходъ отъ нормы простирается до 50%, отчего годовой бюджетъ утраивается черезъ 10 лѣтъ. Благодаря такимъ пріемамъ, допущеннымъ безпечностью гоевскихъ государствъ, опустѣли ихъ кассы. Наступившій затѣмъ періодъ займовъ добралъ остатки и привелъ всѣ государства гоевъ къ банкротству. Вы отлично понимаете, что такое хозяйство, внушенное нами гоямъ, не можетъ быть вводимо нами.
Государственные займы. Всякій заемъ доказываетъ государственную немощь и непониманіе государственныхъ правъ. Займы, какъ Дамокловъ мечъ висятъ надъ головой правителей, которые вмѣсто того, чтобы брать у своихъ подданныхъ временнымъ налогомъ, идутъ съ протянутой рукой просить мылостыню у нашихъ банкировъ. Внѣшніе займы суть піявки, которыхъ никакъ нельзя отнять отъ государственнаго тѣла, пока онѣ сами не отпадутъ, или государство само ихъ не сброситъ. Но гоевскія государства не отрываютъ ихъ, а все продолжаютъ ихъ присаживать къ себѣ, такъ, что они неизбѣжно должны погибнуть, истекая отъ добровольнаго кровопусканія. Въ сущности, что же иное представляетъ собой заемъ, да еще внѣшній. Заемъ это выпускъ правительственныхъ векселей, содержащихъ обязательство соразмѣрно суммѣ занятаго •капитала. Если заемъ оплачивается 5%, то черезъ двадцать лѣтъ государство напрасно выплачиваетъ процентную сумму, равную взятому займу, въ сорокъ лѣтъ оно выплачиваетъ двойную сумму, въ шестьдесятъ тройную, а долгъ остается все такимъ же.
Изъ этого разсчета очевидно, что при поголовной формѣ налога государство черпаетъ послѣдніе гроши бѣдняковъ плательщиковъ податей, чтобы расплачиваться съ иностранными богачами, у которыхъ оно взяло деньги взаймы, вмѣсто того, чтобы собрать тѣ гроши на свои нужды безъ процентныхъ приплатъ. Пока займы были внутренніе, гои перемѣщали только деньги изъ кармана бѣдняка въ карманы богачей, но когда мы подкупили кого слѣдовало, чтобы перевести займы на внѣшнюю почву, то всѣ государственныя богатства потекли въ наши кассы и всѣ гои стали намъ платить дань подданства. Если легкомысліе царствующихъ гоевъ въ отношеніи государственныхъ дѣлъ и продажность министровъ, или непониманіе въ финансовыхъ вопросахъ правящихъ лицъ задолжали свои страны нашимъ кассамъ неоплатными долгами, то надо знать, сколько намъ это стоило труда и денегъ.
Однопроцентная серія. Застой денегъ нами допущенъ не будетъ, а потому не будетъ государственныхъ процентныхъ бумагъ, (кромѣ однопроцентной серіи, чтобы платежи процентовъ не отдавали государственной мощи на высасываніе піявкамъ. Право выпуска процентныхъ бумагъ будетъ исключительно предоставлено промышленнымъ компаніямъ, которымъ не трудно будетъ оплачивать %% съ прибылей, которыхъ государство не вырабатываетъ на занятыя деньги подобно этимъ компаніямъ, ибо оно занимаетъ на траты, а не на операціи.
Промышленныя бумаги. Промышленныя бумаги будутъ покупаться и правительствомъ, которое изъ нынѣшняго плательщика дани по займамъ превратится въ заимодавца изъ разсчета. Такая мѣра прекратитъ застой денегъ, тунеядство и лѣнь, которые намъ были полезны у самостоятельныхъ гоевъ, но не желательны въ нашемъ правленіи. Какъ ясно недомысліе чисто животныхъ мозговъ гоевъ, выразившееся въ томъ, что, когда они брали взаймы у насъ подъ платежи %%, они не думали, что все равно тѣ же деньги да еще съ приплатой процентовъ имъ придется черпать изъ своихъ государственныхъ кармановъ для расплаты съ нами. Что было проще прямо взять нужныя деньги у своихъ. Это же доказываетъ геніальность нашего избраннаго ума въ томъ, что мы съумѣли имъ такъ представить дѣло займовъ, что они въ нихъ усмотрѣли даже для себя выгоду.
