Всеобщая история. полностью

...Да разве не вправе сказать каждый, что в пустой болтовне Эратосфен³¹ оставил бы за собой самого Антифана³² бергейца, и что для всех последующих писателей он сделал невозможным превзойти его в глупости? (Страбон, О добродетелях и пороках).

7. Поправки Полибия к измерениям Эратосфена и ошибки самого Полибия.

...Вслед за сим Полибий исправляет измерения Эратосфена в одних случаях удачно, в других впадая в еще большие ошибки. Так, Эратосфен насчитывает от Итаки³³ до Коркиры триста стадий, а по словам Полибия здесь больше десятисот; от Эпидамна до Фессалоникии тот считает девятьсот стадий, а этот больше двух тысяч. В обоих случаях прав Полибий. Но он ошибается, когда от Массалии³⁴ до Столбов считает больше девяти тысяч стадий, а от Пирены немного меньше восьми тысяч, тогда как по измерению Эратосфена от Массалии до Столбов семь тысяч стадий; определение этого последнего ближе к истине, ибо по единогласному свидетельству современников наших вся Иберия, если исключить неровности почвы, имеет в длину от Пирены до западной окраины не больше шести тысяч стадий. Между тем Полибий определяет длину только реки Тага от истоков до устья в восемь тысяч стадий, не считая, конечно, изгибов реки, которые не входят в расчеты географов, но по прямой линии; да еще от истоков Тага до Пирены больше тысячи стадий. Зато снова Полибий прав, когда говорит, что Эратосфен не знает Иберии и что вследствие этого в его суждениях попадаются там и сям противоречия. Так, например, сказав, что часть Иберии со стороны океана заселена галатами, тем более что галаты занимают западные страны Европы до Столбов, Эратосфен в своем описании Иберии нигде не упоминает о галатах, забыв собственное сообщение. Напротив, высказывая ту мысль, что Европа по длине своей меньше Ливии и Азии взятых вместе, Полибий делает неверное исчисление. Так, он уверяет, что устье океана у Столбов открывается к равноденственному западу, а Танаис течет от летнего востока. Таким образом, Европа короче Ливии и Азии вместе взятых на все расстояние между летним востоком и экватором, ибо эту часть северного полукружия до летнего востока захватывает Азия.

Полибий о южных оконечностях Европы.

...Европа кончается несколькими мысами, и хотя Полибий говорит о них правильнее, нежели Эратосфен, все-таки не совсем удовлетворительно. Так, Эратосфен³⁵ называет три остроконечности, из коих одна, — на ней лежит Иберия, — простирается до Столбов; другая, на которой находится Италия, доходит до Сицилийского пролива; третья — до Малей, которую занимают все народы между Адриатикой, Эвксинским понтом и Танаисом. Что касается Полибия, то два первых мыса он определяет так же, как и Эратосфен, третьим называет тот, который кончается у Малей и Суния³⁶ и на котором находится вся Эллада, Иллирия и некоторые части Фракии; четвертым называет тот мыс, который кончается Фракийским Херсонесом, у которого пролив между Сестом и Абисом, а занимают его фракийцы; наконец, пятый доходит до Киммерийского Боспора и устья Меотиды (Страбон).

8. Естественные богатства Луситании.

...Мегалополец Полибий, в тридцать четвертой книге своей истории сообщая о Луситании³⁷, что в Иберии, говорит, что там глубоко в море растут дубы³⁸, желудями которых кормятся и упитываются тунцы. Вот почему можно сказать, не впадая в ошибку, что тунцы — морские свиньи³⁹, ибо тунцы, как и свиньи, тучнеют от желудей⁴⁰.

...По словам Полибия, волна заносит эти желуди до самого Лациума, если только, как говорит он, не доставляет их остров Сардиния и соседние земли (Афиней, Страбон).

...Рассказывая о благосостоянии Луситании, — область эта принадлежит к Иберии, именуемой у римлян Спанией⁴¹, — мегалополец Полибий в тридцать четвертой книге своей истории сообщает, что благодаря прекрасному климату животные здесь и люди многоплодны, а плоды растений никогда не портятся. Розы, левкои, спаржа и тому подобные растения цветут здесь в течение не трех месяцев, но дольше; а что касается океанийской рыбы, то по изобилию, доброкачественности и красоте она далеко превосходит ту, что доставляется нашим морем¹¹*. Потом сицилийский медимн ячменя стоит там одну драхму, а медимн пшеницы девять александрийских оболов. Метрит вина стоит драхму, средней величины козленок или заяц — обол; цена ягнят — от трех до четырех оболов за голову; тучная свинья весом в сто мин стоит пять драхм, а овца две; талант смокв — три обола, теленок — пять драхм, рабочий вол — десять¹²*. Мясо диких животных почти вовсе не ценится и идет в даровую придачу при покупке другого товара (Афиней).

9. Бетика, ее жители и естественные богатства.