Что присоединение к союзу этолян не равнялось политическому поглощению или исчезновению присоединявшейся общины, это не может подлежать сомнению. Достаточно одной надписи Уссинга, изданной также Рангави, Леба, Кауэром, чтобы утверждать положительно, что союзные общины, отказываясь со вступлением в союз от некоторой доли верховности, не переставали быть автономными во всех прочих отношениях. Совет этолян, устанавливая взаимные отношения двух поселений фтиотидской Ахаи, сливающихся в единую политию, предусматривает тот случай, когда одна из общин, меньшая, Перея, или Перия, пожелает выделиться из состава большей, Мелитеи, все же оставаясь в федерации. Из надписи мы узнаем, что союзная власть заранее регулирует столь важное проявление местной политической жизни, как образование новой общины через выделение из существующей, — буде оно совершится, что каждая из общин имеет свои собрания, своих судей, глашатаев и других должностных лиц, а равно свою казну, что каждая посылает в союзный совет этолян своего представителя или представителей и сообразно с сим несет определенные денежные обязанности по отношению к союзу. Сохранившийся документ застигает общины в процессе воссоединения, но законодатель предвидит возможность разделения и на этот случай устанавливает и взаимные отношения между ними, и отношения каждой к союзу. Достойно внимания, что постановление этолийского совета по этому делу выставлено было не только в Ферме, но также в Мелитее, Дельфах и Калидоне.
Понятно, что союзные общины более значительные, чем Мелитея или Перея, осуществляли и свое право автономии в более важных общественных актах. Жители Навпакта наделяют правом гражданства кеосцев, имеют своих феоров для участия в иноземных празднествах; Ламия дарует поэтессе Ирене проксению, имеет свой совет, своего стратега, гиппарха и трех архонтов. Из второй половины III в. до Р.X. и следующего, т.е. из того времени, когда Дельфы и многие другие города средней Эллады входили в состав этолийского союза, когда этому последнему принадлежала руководящая роль в дельфийской амфиктионии, сохранились сотни надписей, преимущественно отпускных актов, или вольных, которыми даруется свобода рабам гражданами различных эллинских республик. В дельфийских надписях рядом с именем этолийского стратега, обыкновенно в самом начале документа, поименовывается дельфийский архонт, что бывает и в тех случаях, когда имя этолийского стратега отсутствует. Кроме архонта в надписях упоминается народное собрание или народ дельфийский, поименовываются и должностные лица других союзных государств168*. Мало того: целые местные федерации со вступлением составляющих их общин в этолийский союз не утрачивали своих местных федеральных учреждений. Так, одна из дельфийских надписей датирована именами стратега этолян, агонофета локров (западных), архонта города и архонта дельфийского; имя агонофета, союзного должностного лица локров, встречается в нескольких надписях. Также засвидетельствовано надписью имя фориарха для жителей Эринея, одного из поселений Дориды, что указывает на сохранение дорийского союза в организации этолян169*.
