– Это было давно. Целых десять лет тому назад. Даже подумать страшно. Я тогда работала в придорожном кафе официанткой. Платили мало, но оплачивать счета и на некоторые продукты хватало. Работала допоздна. Максимус тоже работал. На стройке. Свою маленькую дочь мы оставляли у бабушки, чтобы та за ней приглядывала. Тот день не стал исключением. Я вышла из кафе, как всегда, когда уже практически стемнело. Погода, честно говоря, была дрянь. Было холодно. Дул холодный ветер. Я одна стояла на остановке и ждала автобус, переминаясь с ноги на ногу. Мне чтобы согреться было мало лёгкой жилетки. Я бы так и дальше стояла и танцевала от холода на месте, если бы не сломались наушники. За автобусной остановкой, практически за моей спиной, находился заповедный лес. Оттуда я и услышала, как доносился детский плач. Я пошла на плач, пробираясь через кусты и ветки, и пришла к чёрному тряпью, валящеюся под деревом. А когда я их раскрыла… то увидела ЕГО. Он весь грязный и потрёпанный плакал так сильно, что моё сердце не выдержало. Как только взяла на руки он сразу успокоился. Ему тогда было всего от силы месяцев восемь или девять. Трудно было определить. Я принесла его домой, покормила, отмыла. Когда вытерла его полотенцем, он стал таким пушистым, как маленькое облако. Посмотрела в его маленькие зелёные глазки и в этот момент я почувствовала самой счастливой женщиной на свете.
Агнес замолчала и на секунду погрузилась в этот один из самых счастливых моментов. Затем она вернулась в реальность и продолжила:
– Я оставила его у себя, несмотря на все протесты Максимуса и моей мамы. Они очень долго спорили на этот счёт, но в конечном итоге я выиграла по всем пунктам и стала ухаживать за ним, как за настоящим ребёнком.
– А когда вы поняли, что он таковым и является?
Агнес посмотрела представителю в глаза, улыбнулась и сказала:
– Когда он впервые сказал мама.
Поздний вечер. Прежний дом семьи Эллов. Десять лет тому назад. Агнес сидела в кресле и нянчилась с маленьким Риазом. Максимус стоял на стуле вешал обещанную люстру в гостиной.
– Агнес, сколько можно с ним возиться. – выразил своё недовольство Максимус, прикручивая люстру. – Оставь его в покое. А то сидишь с ним как с маленьким ребёнком.
– Вообще-то он и есть ребёнок. – сказала Агнес без всякой злобы, не отрывая от Риаза глаз. – Правда, мой хороший?
Агнес его потискала, и в ответ тот пустил слюни. Максимус посмотрел на Агнес, покачал головой и слез со стула. Он проверил, как работает люстра и, оставшись довольным собой, подошёл к ней.
– Давай так: ты – мне, я – тебе. Я посижу с ним, а ты мне подогреешь макароны.
– Хорошо. – быстро согласилась Агнес. – Только смотри аккуратно. И не трогай его нос. Ему это не нравится.
Максимус взял на руки маленького Риаза и сел на место Агнес, пока та пошла разогревать макароны в микроволновке. Риаз крутил головой и спокойно на руках не сидел.
– Когда родители привезут Хелену? – спросил Максимус, не смыкая глаз с Риаза.
– Сказали, что завтра после обеда.
Взгляд маленького непоседы остановился на лице Максимуса. Его пухлая и пушистая ручонка медленно потянулась к лицу и сжала в ладошке кончик носа Максимуса.
– Ага, то есть ты можешь трогать мой нос, а я твой нет? – спросил Максимус у малыша.
Маленький Риаз улыбнулся своим беззубым ртом.
– Ладно, тогда поступим так. – сказал задорно Максимус и щёлкнул его по носу. Тот перестал улыбаться и замер как вкопанный с непонятной гримасой. Максимусу это сразу не понравилось. Чувствовал, что это плохо кончится. Маленький Риаз зажмурил глаза и как следует чихнул. Максимус вытер попавшую ему в глаз слюну и не успел он открыть глаз, как тот ещё раз чихнул.
– Агнес, неси салфе…
Максимус не успел договорить, как Риаз чихнул в третий раз. Малыш расстроенно посмотрел на него, часто заморгал и заплакал. Агнес сразу среагировала. Она бросила всё, подбежала к Максимусу и кинула ему на колени кухонное полотенце.
– Иди ко мне моё облачко. – нежно сказала Агнес принимая маленького плачущего Риаза обратно на руки.
– Да что он за существо такое! – возмутился Максимус, вытирая лицо полотенцем. – Ни собака, ни кошка, даже не ягненок! И слюнями меня обрызгал.
Агнес легонечко похлопала и погладила пару раз по спине маленького Риаза. Тот постепенно стих.
– Может, отдадим его в приют для животных? – высказал своё мнение Максимус.
– Ну, какой приют, Макс. Видишь, какой он маленький. – сказала Агнес, покачивая Риаза на руках. – К тому же я сейчас для этого малыша как мама.
– А этот твой «малыш» хоть раз слово произнёс? Он только слюни пускает.
– Нет, но мы поживём и увидим. Вдруг заговорит.
– А, по-моему, просто ты теряешь время. – продолжал наседать Максимус.
– Макс, я – МАМА. – сделала акцент на своём статусе Агнес. – И мне видней, что с ним делать.
– Ма-ма…
Сначала Максимус и Агнес попытались узнать, откуда пришёл звук. Они взглядом осмотрели всё вокруг. Но когда поняли откуда, они шокировано посмотрели на маленького Риаза.
– О, боже, он может говорить. – только и смог сказать Максимус.
