Всесожжение полностью

…Торо проводит эксперимент, состоящий в соединении элементов: голубое и жёлтое будет зелёное, горький чувствуется языком, а не кожей, я должен наклонить голову, если где-то низко, зажмурить глаза, потому что солнце их выжжет, хоть инстинктам тела необходимо верить до определённого уровня, тело можно обмануть, чувства не успевают за миром, они беспомощны, где-то существует граница доверия, потому так огромна роль образования, которое устанавливает порядок, вера умирает первой, потому что опирается на убогие предпосылки, потом любовь, когда не хватает объекта, а последней умирает надежда, она самый выносливый маховик, и Торо даёт мне надежду, что я сложу слова в те бусы и оплету вокруг себя, о Боже, я бы никогда так не подумал, поправка: я бы никогда не подумал таким образом, я помню и должен различать «моё» и то, что кажется вкраплением, эта проблема звучит знакомо, это сомнения старого сознания и если бы я должен был и хотел пробиться сквозь память, я знаю, что бы сказал, открываю глаза, хотя меня искушает поспать, и я знаю, чтобы сказал…

– Как тебе это нравится, Карл? – Торо причиняет боль своим вопросом.

– Бесформенная каша, полова в моей голове?

– Это форма очищенная и препарированная так, чтобы её можно было архивировать. Ты бы не понял записи в оригинальной версии, эти тёмные путанные мысли, которые тебе снились. Живия давала тебе спазмалгон и противовоспалительные препараты, в противном случае ты бы скрутился, как пружина, и закипел от горячки.

– Что-то не получилось, правда?

– Совсем наоборот. Прошло столько данных, что у тела развилась аллергическая реакция на инъекцию аида. Новая личность плодилась слишком быстро и защитные механизмы приняли ее за вирус. Ты должен радоваться: болезнь победила нокаутом.

– Считаешь, что я болезнь, Генри?

– Для этого тела? Безусловно.

Торо вклеивает адреса развлекательных сайтов, чтобы отвлечь моё внимание от того, что он делает в моей голове. Я вижу планктон цветных фишек, мелькающих как стайка мотыльков: пиктограммы, рунические колонны, спирали и веерные меню, многоуровневые порталы. Я не могу управлять этим дерьмом, потому поглощаю первое попавшееся, а пикантные отчёты всплывают на моих губах оранжевыми пузырьками. Синестезия понятна, но почему на губах, Генри? Почему именно там?

Приторная сладость на нёбе – умерла Нина Лерну, скандальная певица, знаменитая динамическими технотвистами и целой массой социальных скандалов. Жертва похудения в стиле ретро, состоящего в глотании капсул с личинками солитёра. Одному Богу известно, где она отрыла эту панацею для хорошей фигуры, однако нет сомнений в том, что её убил эхинококкоз (болезнь, напоминающая новообразование в печени). Лерну годами принимала препараты, перевозимые из Готто, и какая-то из капсул вместо личинок Taenia saginata содержала Echinococcus multilocularis. Она умерла в муках в своём летнем доме на Берегу Ивен, сто километров от Соммос. Любопытно, что во времена массового уничтожения смерть одного человека ещё пробуждает чей-то интерес.

Другая новость – кислые сокращения по бокам языка – предостерегает пользоваться S-файлами, которые появились несколько дней назад в Западной Синергии (они содержат записи смерти и так называемых суицидальных оргазмов). Возбуждение людей, добровольно прощающихся с жизнью, не защищено эмоциональными фильтрами, потому подталкивает других людей к последнему шагу. Автор сообщения говорит о юзерах, которые после загрузки файлов посягнули на собственную жизнь, а это были врождённые оптимисты, люди из плюша и стали: домохозяйки и страховые агенты, юристы и парикмахеры, доставщики пиццы и садовники, все были заражены смертью, рассылаемой по сети Р2Р. Нужно остерегаться S-файлов, обозначенных символом перевёрнутого треугольника. Полиция подозревает, что распространителями пакетов могут быть хадейские монахи.

– Хочешь чаю?

– Хорошо, пусть будет чай.