Медведь и правда оказался интересным персонажем. Выше шести с половиной футов, очень плечистый. Не сказать, что у него были огромные мускулы, он скорее весь сам был огромным. Денег он брал средне по меркам наемников, работе был рад, так как сидел в долгах. Такой человек мог пригодится. Минус, что при таких размерах на него было не найти приличных доспехов. Даже если сделать их на заказ, они будут совершенно не подъемными. Масса доспеха растет быстрее размера. Поэтому самые тяжело бронированные латники — гномы. То, что использовал он сам, доверия не внушало. Это была частично кожа, частично кольчуга. Уязвимых мест хватало. Но с его бычьей силой он легко мог проделать брешь в строю стражи. Это действительно могло пригодится. Если лучники не справятся, и он переживет их попытку, то нам придется прорываться к цели. Если охрана успеет стянуть достаточно стражи, мы проиграем. Вопрос скорости будет решающим. Здесь нам и пригодится подобие великана. Повисцы дали контакты своих агентов. Те должны обеспечить нас конспиративной квартирой на окраине и информацией о перемещениях объекта. Йорвет согласился на дело. Он также посоветовал эльфийку Топурию, отличную лучницу. Его рекомендаций хватило. Больше Йорвет никого из своих брать не стал. Мы встретили шумный и красочный караван из восьми повозок во главе с деятельным гномом. Потом к нам присоединились двое ребят Роше и Бьянка. Все были в сборе и наш табор двинулся на юг. Серди артистов конечно ходили слухи о том, кто мы такие и почему идем вместе с ними. Лютик сказал просто, что мы дополнительная охрана на случай форс-мажора. Поэтому караулы мы не несем и вообще занимаемся своими делами и не высовываемся. Спорить с главой театра никто конечно не стал. Я был рад повидаться со старыми друзьями. Бард не лез с нравоучениями и вопросами, с чего я вдруг вмешался в политику. Золтан смотрел на это как на веселое приключение и у него даже не возникало сомнений зачем мы в этом участвуем. Мы много говорили о Цири. Для них ее внезапное воскрешение из мертвых также было радостной новостью. Лютик навещала ее на Скеллиге. Она не помнила его совершено, только слышала от нас, что они знакомы. Йен вычеркнула барда из ее биографии. Менестрель был привязан к девочке и тоже тяжело воспринял новые реалии. Колеса отмеряли километры. Пока мы выступали к северу от Понтара, нам сопутствовал успех. Лютик не задирал цену на билеты, чтобы собирать аншлаги. После границы бывало по-всякому. Где-то нас освистывали, как северных выродков и никто не покупал билетов. Война закончилась недостаточно давно. Где-то настроения были не столь радикальны, и мы собирали хорошую кассу. Все же гастроли театра настолько из далека были в новинку. Люди юга непривычны к сарказму, политическим шуткам. Все это срывало овации. Главное, что все было естественно и мы приближались к цели, в пестрой компании убийц не привлекая внимания. Мы ехали впереди вместе с Лютиком и Зотлтаном, участок тракта между двумя городами был не людным. В любом случае мое присутствие в караване не должно было никого насторожить, но в поселениях я старался лишний раз не показываться на виду. Мало ли кто меня заприметит и что из этого выйдет. В пустынной местности можно было пренебречь предосторожностями.
— Теперь я барон, хоть и не наследственный. — Лютик рассказывал о том, как ему удалось пристроиться. Гном не видел его, еще дольше чем я. — При дворе многих княжеств вольной Ганзы я весьма популярен. Король даровал мне этот титул, можно сказать за мое творчество. У меня свой дом, неплохой, надо сказать. Доход от книгопечатания, маленький, но стабильный. Хорошие отношения с королем. Живу как у Милэтэле за пазухой. Но все равно я в какой-то прострации. Даже депрессии, можно сказать. Может это уже возраст. Раньше все было ярче. Я помню, как ввязывался в очередную интрижку, то чувство предвкушения. Когда думаешь об очередной барышне, сморишь на то, как падает косой луч солнца, и так хорошо-хорошо. А сейчас что? У меня даже постоянна пассия есть. Из небедных, мещанского сословия. Хорошая девушек, образованная. Но раньше ведь как за, что меня любили? За харизму, за меня самого. Ведь не дай бог кто узнает, что дворянка с бардом, с бродягой с улицы. А сейчас, я же модный. Я как аксессуар. Вроде бы и меня самого тоже любят. Но пойди отдели это от кареты золотой, которую мне падают. И главное творчество. Я сейчас пишу и сочиняю стихи на музыку очень стабильно. Я профессионал и делаю это хорошо. Могу на заказ. Но все то за, что меня знают, я ведь написал больше десяти-пятнадцати лет назад. А сейчас ну что, ремесленник я. Я больше не делаю сильные вещи. Чтобы самого за душу брало. Может спокойствие враг таланта? А может я иссяк весь уже, не знаю.
— Попробуй посочинять стихи для песни на тему «С жиру беситься». — Оветил гном — Дарю идею.
— К черту тебя, Золтан. Геральт, но вот ты же меня понимаешь? Помнишь, как раньше, когда мы, с одной кроной на двоих в кармане, шли по большаку? Было лучше. Сложнее, но лучше. Чище, правильнее.
